Сумеречный кукловод

И если для того чтобы выбраться из нашего мне понадобилось много лет осваивать магию, затем копить силы, но все равно без призыва демона я бы не справился…

— А с ним ты справился, да. Отличный результат, чего уж, — она обвела рукой пейзаж достойный качественного мистического триллера.

— В том-то и дело, что даже читерство оказалось бессильно для того, чтобы переместиться из низшего мира в более высокий. А сейчас мы полностью лишены любых возможностей влиять на реальность. Все, что знаем и умеем рассчитано на другой мир с другими законами материи.

Единственное, что может тут сработать — некоторые техники защиты. До поры до времени можно попробовать защищаться от хозяев этого места. Но скорее всего, не долго. Потом силы иссякнут и… — он замолчал.

— Что “и”? Давай уж договаривай.

— Не думаю, что ты хочешь это знать, — Отакар так же неожиданно, как тогда в квартире, обнял ее за плечи. — Глупо с моей стороны пугать тебя еще больше.

— Куда уж больше, — проворчала Тари, на миг зависнув в размышлении, стоит ли сбрасывать непрошенную руку со своего плеча.

С одной стороны Отакар — ужасный беспринципный гад, из-за него она здесь. Именно из-за него, хоть он и валит все на назгула. Но назгул точно не сам по себе появился в нашем мире и получил возможность протянуть к ней когтистые лапы. С другой стороны, сейчас этот самый Отакар, несмотря на все свои отвратительные качества, единственный живой человек кроме нее в этом жутком мире. И пусть неприятно себе в признаваться, но она готова цепляться за него просто ради того, чтобы ощущать рядом эту человечность.

— Поверь, дополнительная порция паники нам совсем ни к чему. Она только с большей вероятностью приманит тех, встречи с кем мы хотим избежать или хотя бы отсрочить, насколько возможно.

— А смысл? — она тоскливо посмотрела на Отакара. — Ведь они все равно доберутся до нас? А потом? Мы умрем?

Задавая эти вопросы, Тари все равно не верила, что они действительно могут погибнуть. Как по большому счету не могла поверить, что все случившееся с ними — правда.

Ну просто не может такого быть! Не бывает так, чтобы утром ты проснулся в любимой квартире, гулял по улицам самого лучшего города в мире, и вдруг у тебя больше нет ни квартиры, ни города, ни самого мира.

— Я хочу домой, к Мареку, к ребятам, — она сама не понимала, к кому обращает жалобы: к Отакару или к этому чужому жестокому миру.

— К Мареку? — переспросил Отакар. — Твой парень?

Тари скользнула по нему колючим взглядом.