Сумеречный кукловод

Да я бы на твоем месте не знаю что устроила, честное слово.

— Я понимаю тебя, — продолжал Марек, все так же подставляя пальцы снежинкам. — Я бы тоже не смог просто отвернуться и уйти, зная, что за мой покой и безопасность заплатят невинные люди, пусть даже совершенно чужие. Парадокс в том, что я бы поступил так же как ты, но при этом не могу смириться с твоим решением пожертвовать собой. Никакой логики, да?

— Вовсе нет, — Тари вытянула руку и, коснувшись пальцами ладони Марека, вместе с ним стала ловить снег.

— Логика вполне очевидная. Ну ясно же, что друг за друга мы переживаем больше, чем за себя. Думаешь, я бы не стала тебя отговаривать, поменяйся мы местами? Стала бы еще как. Если бы понадобилось, закатила бы тебе настоящую истерику.

— А ты умеешь? — Марек наконец оторвался от охоты за снежинками и с почти восторженным интересом уставился на Тари. — Я бы на такое посмотрел. А не могла бы ты устроить небольшую показательную истерику прямо сейчас? — его голос звучал умоляюще, а в глазах плясали смешливые искорки.

— Нуу-у… — протянула Тари. — Если ты очень хочешь, я постараюсь, но прям так, без подготовки и репетиции будет непросто.

По части истерик у Тари и правда было маловато опыта. Детские провокации в магазинах игрушек или категоричные отказы ложиться спать не в счет. Это почти все проходят в возрасте трех-четырех лет, но кто-то сохраняет умение вдохновенно скандалить до конца своих дней, а кто-то безвозвратно утрачивает. Тари относилась ко второй категории.

Все ее более-менее взрослые протесты против несправедливости жизни носили исключительно пассивную форму и молчаливый характер. Изредка она могла позволить себе от души расплакаться, но для этого требовалось уединение. Страдать напоказ она скорее всего не смогла бы даже ради очевидной выгоды.

— Тогда давай в следующий раз, — милостиво разрешил Марек. — Хорошая истерика действительно требует серьезной подготовки.

— А ты знаток, как я погляжу, — окончательно развеселилась Тари.

На самом деле с истериками и скандалами у Марека дела обстояли примерно так же, как у нее — то есть никак. Ни опыта, ни умения. С точки зрения Тари ее парень вообще был самым спокойным и уравновешенным человеком из всех, кого она знала.

— Ладно, пошли в дом — предложил Марек. — Снег — снегом, а ужин сам себя не приготовит.

— И не съест, — добавила Тари, вполне довольная предложенной программой действий.