Прорехи и штопальщики. Рассказы

***

В принципе, уныло думал Артур, шагая от реставрационной в небольшую рощицу пыльных вишен, в которой он привык проводить обеденное время. В принципе, она ведь могла быть влюблена в кого-то. Он же не спросил. Может, у нее парень.

Не то, чтобы его это сильно волновало.

Нет, вранье. Задевало, и еще как. Хотелось бы знать, кто он и послать его подальше. Ноги еще переломать, на добрую-то дорожку.

Эх. От женщин этих морока одна, трата сил и нервов.

В вишнях он прятался, чтобы не сильно светить отсутствием обеда.

Возвращаясь назад, он обнаружил всех археологов сидящими почему-то в канаве рядом с дорогой.

— Что-то наши интересное? — с притворной вежливостью спросил он, но всякая веселость слетела, едва они наперебой не объяснили ему, что произошло.

Уже не слыша, как они, оправдываясь, объясняли, что искали его, Артур стремглав летел к низенькому кирпичному зданию реставрационной.

Приближаясь, чувствовал и темную опасную ауру артефакта, и отзвуки действий Айниэль. За стеной — мертвенная гниль откатов, набирающих силу.

Ну, может кто другой испугался бы. Артур прыжками одолел последние метры по внутреннему дворику до входа в помещение. Воздух дрожал, и в нем трепетали очертания окружающего.

Артур укрылся парой щитов, сплетенных на ходу, в руке держа наготове небольшое плетение — «электрический скат».

А «Кугал-Верный дозорный» уже схлопнулся, напоследок выпустив импульс последнего, самого мощного отката.

На взгляд обычного человека, Айниэль просто стояла, оперевшись на стол руками и покачиваясь, но Артур чувствовал и черную пасть пропасти под ней и почти погасшую ауру девушки. Он швырнул накачанный силой до предела «скат» ей под ноги, наполняя ближайшие пределы оглушающим треском электрических разрядов, а сам за локти оттащил ее в сторону. Девушка была неимоверно тяжелой, словно статуя из чугуна.

Успел.

Вокруг все так же как было, и черепки, и коробки, и стол с разложенным на нем кладом. А ей казалось, что все вокруг гудело и переворачивалось от бушующей в ее мысленном видении бури.

Так же как было — только покрыто слоем черной копоти. Особенно потолок над тем местом, где она стояла.

— Твою ж мать, — сипло сказал Артур. — Ну ты даешь. Прямо нельзя тебя одну оставлять.