Цикл Вечности IV: Повод для смерти

Ему тяжело оттого, что он вынужден ограждать от меня маму, но ещё тяжелее ему смотреть, как мама не узнаёт меня или начинает смеяться, когда ей пытаются объяснить, что… Кто я такой.

– А ты не заметил каких-либо перемен в отце за последнее время? – Томас тщательно контролировал свой мыслительный процесс, пытаясь от меня скрыть свои опасения. Он явно боится, что отец утрачивает контроль над собой. – Тебе не показалось, что в его мысли закрался кто-то другой?

– С моего рождения в его разуме живёт много людей. Для меня все они являются неотделимой частью отца.

Мысли Тома вновь стали сложными, запутанными и, на первый взгляд, беспорядочными. Осознав, что наш разговор окончен, я вновь разорвал ткань мироздания, переместившись в другое место.

–

Рыжеволосый худой мужчина в полосатых семейниках и белой майке сидел на кожаном диване, попивая из кружки горячий шоколад и смотря старый фэнтезийный фильм в своей гостиной.

– Заглянув в память Томаса, я узнал, что отец переживает из-за возможного конфликта с вами, Майкл, – поспешил я разъяснить ситуацию, но из мыслей собеседника вскоре понял, что для начала следовало поздороваться.

– И тебе доброе утро, Лоян, – рыжеволосый мужчина говорил вслух раздражённо, но его разум оставался для меня открытой книгой.

Настроение Майкла быстро сменилось с обозлённого и негодующего на снисходительное и немного весёлое. Кажется, он находил сложившуюся ситуацию комичной. Общение с людьми, обладающими острым чувством юмора, является для меня своего рода отдушиной.

– Присаживайся, – я ощутил, как Майкл указал рукой на диван. – Шоколад не предлагаю, а вот фильм ты можешь и посмотреть.

– Я не вижу происходящего на экране, – безразлично ответил я, но на диван всё-таки сел.

Наверное, со стороны это выглядит странно: обычный на вид мужчина, смотрящий телевизор в не очень дорого обставленной гостиной, рядом с которым сидит нечто, похожее на оживлённый доспех, из сочленений которого исходит яркое свечение Энергии. Если мне не изменяет память, она у меня была бирюзового цвета, но менялась на фиолетовый, когда я начинал воздействовать на Энергию вокруг. Впрочем, Майкл вроде бы привык к подобным контрастам в своей жизни.