Тайна Пушкинской улицы

Теперь тот гулял с тем же азартом, но другим смыслом.

– Что он делает? – интересовался комментатор скорей у самого себя, нежели у приглашённого гостя.

– Похоже, отдаёт мяч, – ответил тот, всматриваясь лучше и не веря глазам. – Кто это у нас?

– Это у нас «Малахит», пятый номер Семёнов. Странно, Семёнов, – продолжал комментировать знаток. – Что за манёвр? И не кроется ли в том подвох? Похоже, нет.

Игрок «Северной стрелы», к которому попал уступленный Семёновым мяч, тоже стал проявлять необычайную щедрость по отношению к сопернику и сделал осмысленный пас в сторону «Малахита».

Над трибунами нависло молчание. Судьи, сперва не понимающие, каким образом им поступить, и что в себя нынче включает судейство по справедливости, потихоньку начали входить в сложившуюся ситуацию и руководить по всем правилам футбольного матча.

Подтянулись и болельщики. Не зря пришедшие поболеть за своих любимцев, они с душой отдавались привычному занятию и уже не было никакого дела до того, что Семёнов, – пятый номер, – ведёт мяч к своим воротам.

Комментаторы, как того требовало положение вещей, комментировали. Они находились в укрытии от странного атмосферного явления и то, по всей видимости, не омрачало их рассудок в отличие от разумения всех остальных, находящихся на открытом пространстве.

– Туманов идёт по центру, устремляется к собственным воротам. Что предпримет его товарищ по команде?! – вопрошал в голос комментатор, хватая гостя за руку. – Неужели будет бить?

– Яша, бей! – заорал во всё горло Макар Петрович.

Вратарь Григорий, которому десять минут назад была дана установка стоять насмерть, постарался её придерживаться.

Отступив в самую глубину ворот, он встал в полный рост, словно одно это могло напугать летящий навстречу мяч, и приготовился.

– Гол! – закричал комментатор, сражённый увиденным.

– Гол! – прыгал на своих коротких ножках главный тренер «Северной стрелы» радуясь открытию счёта.

– Оле, оле, оле, оле, Россия! – скандировали северяне, отчаянно ликуя за свою команду.

Матч продолжался, «Малахит» с ещё большим упорством стал уступать мяч.

– Эта странная игра в поддавки, – продолжал взволнованный комментатор, – проходит с удивительным размахом. Позвольте, уважаемые радио – и телезрители пояснить происходящее на поле событие. Чтобы не вдаваться в подробности, и с другой стороны, не упускать ни единого движения команд, характеризую действо, как футбол наоборот. То есть…, – попытался донести сидящий в будке. – Гол! – прервался он. – Гол, друзья.