Тайна Пушкинской улицы

– Готовы?!

– Готовы! – гаркнули спортсмены, вставая с мест и ногами отодвигая деревянные стулья. Этот грохот только раздразнил подготовленные к победам умы.

– У – ух! – потряс кулаком вратарь «Малахита», адресуя сей жест всему миру сразу.

В другой комнате с другой командой разговаривал иной человек. Ведение его беседы, как тренера «Северной стрелы», было даже более впечатляющим, нежели у вышеназванного коллеги.

Макар Петрович сопровождал жестом и фонтаном эмоций всякое слово, когда-либо покидавшее эти уста. Был он в отличие от главного «малахитовца» мал ростом, кругл, как футбольный мяч и так же легко подпрыгивал, помогая себе при разговорах руками.

Вот и теперь игроки смотрели на сурового батю, – как они называли тренера меж собой, – снизу вверх и обратно. Они учились всему: напористости, наглости, если того требовала ситуация, а когда в этих проявлениях необходимость отпадала, игроки просто восстанавливали силы для новых потрясений.

– Опасаться надо центрового, – стул, загородивший обзор, отлетел в угол.

Тот не перечил, только пристальней всмотрелся. По его воспалённым глазам можно было судить о судьбе центрального игрока «Малахита». Она предполагала серьёзное испытание на прочность.

– Скорость, – продолжал главный тренер, обозревая команду. – Я хочу её сегодня видеть. – Коренастое туловище, поднявшись на носки, тяжело опустилось.

Ребята мотнули головами. Тренировки в последние дни были основательными. Мяч гоняли до тех пор, пока тот из-за наступления темноты не становился, еле различим в траве.

– Вопросы? – обратился к «питомцам» человечек. Голос от волнения зазвучал звонче, и для пущего воздействия, тренер поинтересовался у вратаря. – У тебя их всегда полно, Григорий.

Гришины интересы, как водилось, были не по теме, но педагог и наставник внимательно выслушивая их, отвечал с большой охотой после матча, когда разобрав карту игры, ребята становились предельно открыты для восприятия посторонней информации.

– Нет вопросов, – отозвался вратарь, по привычке, оглядываясь по сторонам.

Макар Петрович вознёс руки, сцепив пальцы в «замок» и глубоко вдохнув – выдохнув, поднял подбородок.

– С богом, – проговорил он, давая отмашку на выход.

Спустя пять минут, после исполнения гимна России, комментатор зачитывал фамилии и номера участников, под которыми те выступали.