Нога судьбы, или Истории, рассказанные за чашечкой кофе

И у меня начинает складываться впечатление, что вы преследуете меня.

Я раскрыла было рот, чтобы возмутиться. Это я его преследую?!

— Я уж молчу про то, что сегодня вы в очередной раз едва не убили меня. И мне еще придется расплачиваться за прокатный мотоцикл... Я даже не пытаюсь искать объяснения вашим поступкам! Так вот — сейчас просто держитесь от меня подальше, хорошо? Мне слишком важно договориться с этим типом!

— Не очень-то и хотелось! — я, наконец, выдернула свой локоть из его захвата. Да пошел он в лес.

Жюли и Арису, уже снова устроившаяся за столиком, одинаково задрали брови, когда мы с Константином один за другим влетели в кафе с красными и насупленными лицами.

— Ну, что тут у вас было? — поинтересовалась я, опускаясь на свое место.

— Ничего особенного, — пожала плечами Арису. — Все присутствующие мужчины уже бросили пить насовсем. И заодно прониклись огромным уважением и почтением ко всему женскому полу... а у вас как дела? — она сделала особенное ударение на «вас» и глазами показала на Константина, на скулах которого все еще пламенели алые пятна.

— Ну он ведь и правда симпатичный, — мурлыкнула Жюли.

— Тьфу ты! — я в сердцах едва не смахнула собственный бокал. Хмм, кажется, это уже не мохито. Мартини с соком?

— Он меня ненавидит. И взаимно, между прочим. Просил не попадаться ему на глаза.

— От любви до ненависти... — протянула Жюли.

— Да что вы понимаете! В конце концов, он ученый. С этой братией я вообще нее связываюсь.

— Мда?

— Зуб даю. Был у меня... один опыт.

[1] Lavette (фр.) – буквально переводится как «тряпка для мытья посуды». В разговорной речи – рохля, неудачник.

[2] Непереводимая игра слов.

[3] Непереводимая игра слов

История четвертая, зубодробительная

Я точно знала, что это — моя судьба. Влюбилась я практически с первого взгляда. Ну как — с первого...

Вообще-то в кабинет я зашла, глядя в пол, так что видела преимущественно его ботинки и краешек брюк.

И вот не надо только смеяться, но да. Я считаю, что смотреть в глаза своему стоматологу — это практически как смерти в глаза, только немножко страшнее. Самую малость.

С зубами я, как все в моем роду, мучалась всю жизнь. Нет, они, зубы, вполне у меня ровные и даже белые, но кариес, флюс, пульпит и прочие нехорошие слова — это мое проклятие, почти как то самое, родовое.