Нога судьбы, или Истории, рассказанные за чашечкой кофе

Правда, тут обнаружилось, что вилки-то для этой цели я не прихватила, и пришлось хвататься за курьи ноги собственными руками.

Кстати, обнаружилось, что сверху они, ноги, вовсе даже не горячие. Но перевернуть я их все равно не могу. Потому что они прилипли! Они влипли в сковородку намертво и безнадежно, и все мои потуги их отодрать привели лишь к тому, что на сковороде остались оторванные клочья горелой шкуры, а у меня в руках оказались все такие же сырые куриные ноги. Только выглядели они теперь так, как будто их уже ели.

Представился почему-то Володя, с озверелым видом рвущий зубами сырую курицу. И порыкивающий.

И именно в этот момент Володя появился на пороге кухни.

Я поспешно заслонила плиту своей не столь уж широкой спиной, одновременно швыряя на сковородку злополучные окорочка, и с грохотом опустила крышку.

— Ну теперь-то наверняка готово? — с надеждой спросил несчастный медик и повел носом. — Мне кажется, даже немного пригорает. Пора снимать с огня и наслаждаться! — радостно заключил он.

— Н-нет-нет, еще не...

— Ну как же! — Перебил Володя и решительно шагнул ко мне. — Я же чувствую, что горит! — с этими словами он протянул руку и сдернул со сковородки крышку.

Я наблюдала это его движение, как в замедленной съемке, и остро осознавала, что сейчас наступит минута моего вечного позора. И в каком-то отчаянии я в последнюю секунду скосила глаза и поспешно отвернулась. Я сделала ужасное, но что же мне оставалось? Я поменяла местами содержимое двух сковородок.

— Ооооо! — восторженно протянул Володя, водя носом над сковородой.

— Да, — я сглотнула. — Да.

Ужинать решили в володиной комнате — там, в отличие от моей, было где сесть вдвоем, да и коробки под ногами не стояли. Правда, оказалось, что в его комнате под ногами валяется множество самых неожиданных предметов, включая грязные тарелки, книги, обрывки бумаг и какие-то провода. Впрочем, хозяин лавировал среди всего этого безобразия так, будто вовсе не замечал его, и гордо нес перед собой на вытянутой руке сковородку с обернутой полотенцем ручкой.

Я шла следом, как на эшафот, и что-то блеяла про то, что гарнир еще не готов, смутно надеясь, что несколько минут отсрочки дадут мне призрачный шанс все исправить. Однако Володю идея гарнира не волновала вовсе, он только отшучивался от моих вялых попыток задержать его.

Сметя рукой со стола кипу тетрадей, он водрузил сковородку на их место и открыл крышку.

На сковороде лежали куриные ножки.