Полосатая жиза (нь)

В его вселенной не было ни того, ни другого.

Если б не Бертик и его волшебство, Катина мама так и осталась бы несчастной и больной, а она сидела бы где-нибудь за кассой, терпя очередной… буллинг. Что, в переводе с Милкиного – травлю.

***

Кстати, как-то у Кати состоялся разговор с Бертиком – рано или поздно это должно было произойти.

Они в этот раз пили чай вдвоём с Бертиком, поскольку Дима не смог прийти – проект сдавал.

Бертик, как всегда, красиво расставил разные сладости в блюдах и тарелочках, мастерски заварил чай.

На этот раз это был, как он пояснил – редчайший жёлтый чай из не распустившихся почек – Цзюнь Шань Инь Чжэнь, что в переводе означает «Серебряные иглы с горы Цзюнь-шань».

- Он ещё называется – «Императорский», – сказал профессор, наливая ей в чашку красивый розоватый напиток. И улыбнулся: – Сегодня ты – моя императрица. Прошу! – придвинул он ей к ней.

Катя поблагодарила, заалев, как нежная роза с горы Цзюнь-шань. Бертик же, отпив глоточек и посмаковав напиток во рту, задумчиво проговорил:

- Тебя, наверное, интересует – почему я живу один? Почему не женился или не завёл себе подружку.

Хотя для тебя, наверное, смешно звучит это слово – подружка, относительно дамы моего сердца? Правда, пока не существующей. Я ведь не юнец.

- Почему же, Бертик, – с пылом возразила девушка. – Ты совсем не старый! И дама твоего сердца не обязательно должна быть… в возрасте. Но – да, расскажи мне – почему оно до сих пор не занято? – снова смутилась она.

«Что это со мной? Краснею, как школьница, – поругала она себя.

– Но у него такие умные глаза, так и кажется, что он всё про меня понимает», – посетовала Катя.

И не зря. Потому что так и было.

- Знаешь, Катя, когда-то и меня этот вопрос очень волновал – где же она, властительница моего сердца и души? – пафосно проговорил Бертик, насмешливо оглядевшись вокруг и даже не задержав взгляда на девушке. – Но мне как-то не везло: то я не дотягивал до нужных стандартов, то избранница не оправдывала моих надежд. Так и прожил до сорока лет.

А потом этот вопрос стал мне неинтересен.

- Почему? – воскликнула Катя, так и не притронувшаяся к элитному чаю.

Бертик зачерпнул ложечкой мёд, положил его на печенье и откусил.

- У меня возникла профессиональная непригодность для сердечных дел, – шепелявя набитым ртом, проговорил он. – И связано это с множественностью миров.

- А какая тут связь? – с недоумением спросила девушка.

- Самая прямая. Но это не то, о чём ты подумала, – смеясь, погрозил он ей ложечкой.