Полосатая жиза (нь)

Ещё Надежда развешивает на столбах, на остановках, на подъездах и просто на деревьях тетрадные листы с объявлениями. Вот это мой метод и он работает. Те, кто готов – приходят, расплачиваясь на входе, и получают свой шанс

- Но Надежда говорила мне, что у вас аншлаг и билетов уже нет, – возмутился Дима. - Обманывала?

- Она говорила правду – у нас всегда аншлаг, – пожал плечами профессор. – Многие ли сегодня предлагают человеку всё и практически бесплатно? Целый веер всего.

- М-да, Бертик, интересная у тебя жизнь – просто как у настоящего волшебника! Но я бы так не смог – кишка, наверное, тонка.

Или драйва не хватает, – отпил Дима ещё глоточек чудесного чая.

Где Бертик такой берёт? Даже мама, берущая его только в специализированных магазинах, даже подобным их не балует. Хотя чего удивляться? Пещера Али-Бабы ведь у Бертика под боком. Только надо знать – как, куда и зачем нырять. Всё просто.

Кстати, Дима сразу же использовал свой шанс проникнуть в кроличью нору – просто у него не было другого выхода.

Ведь Бертик, взяв его на абордаж, как танк протащил его в другую вселенную.

18. Рюкзак ползучий

Помнится, дело было так:

Тогда, после не-случайной встречи с Бертиком, они отправились к нему домой. И, поднявшись на пятый этаж в доме без лифта,вошли в его двухкомнатную квартирку. Ну, что можно сказать об этом логове волшебника? Ничего особенного. Всё в ней было в стиле: «а-ля, семидесятые годы прошлого века». Паркет с десяток лет не циклёван, диваны с гнутыми подлокотниками и шкафы с зеркальными дверцами таковы, что любой ломбард оторвал бы с руками, древние ковры на стенах и на полу - из той же темы.

А в затейливом серванте, какие можно встретить лишь в музеях, размещалась посуда и безделушки – радость бабушек и любителей старины. Кухню украшали такие же раритетные шкафы, старинная газовая плита, и неустойчивый – как неожиданно выяснилось, столик с неудобными витыми стульями рядом. И, в дополнение – парчовые шторы, какие уместны лишь в театре или казино…

Дима не был фанатом пафосных «канделябров» и хрусталей, как его родители, но его эстетическое чувство архитектора изъявило протест.

Заметив его озадаченные взгляды, Бертик, усмехнувшись, сказал:

– Не впечатлил мой чертог, Дима? Хочешь спросить меня, почему волшебник так живёт? Знаешь ли, когда есть возможность иметь всё, иметь его неинтересно. Это, – обвёл он рукой свой ретро-дизайн, – лишь несущественные декорации. Для меня существенно лишь действо. Я ведь ключник реальностей.