Зелёное время волхва Пинчикрякова

– Лучше скажи: если этот твой пинчер кого угодно где угодно находит, почему ты заладил: «будь утром здесь», «будь утром здесь»? В дверь бы позвонил, например... Или постучал, – добавил Игорь, вспомнив, что звонок расхреначили какие-то идиоты... Ну, или он сам. Порой, когда ключ по полчаса не находится... Не важно.

– А это твоё согласие такое. Не пришёл бы – значит, не судьба.

– Я к пиву шёл, а не к тебе, – без обиняков признался Игорь.

– А судьбе всё равно, – уверил «волшебник». Чай он не пил, а только пригублял, но при этом щурился как кот на сливки.

Вообще, вид у него был как у человека отдыхающего, которому всё по нраву и который отдыхал бы и отдыхал. Сколько? Вечность!

– Но ты, Игорёк, много о той судьбе не думай, – поспешил отсоветовать он. – Теперь всё хорошо будет. Везучий ты, да, ох везучий. – Старик крякнул от удовольствия, в очередной раз пригубив.

«Реально ведь крякает...»

– А утка эта твоя... Прям летишь? А скорость?

– Скорость – путь на время.

Явно издевается старик. Глаз хитрый!

Да Игорь и сам не знал, насколько всерьёз он это спрашивает.

Он так и не разобрался в своём отношении к стариковской волшебности. Вернее, к определённой её части. В том, что старик целительствует, сомнений не было, а вот в том, что летает... С одной стороны – своими глазами видел, с другой – дедок, летящий меж звёзд и миров на дополнительной сущности «утка»?..

– М-м-м... А кошка твоя где?

– Квэрза не моя. Она сама по себе квэрза, своя собственная. А ты, Игорёк, всё не о том.

Не тем занят, – пожурил Пинчикряков... и вдруг закашлялся. Умудрился подавиться чаем!

Игорь потянулся похлопать его по спине, но тот отчаянно замахал руками.

– Не... кхе-кхык... не трогай! Не трогай!.. кахык-кахык...

Удивлённо подняв брови, Игорь переждал кашель и продолжал молчать, уставившись на Пинчикрякова и ожидая объяснений.

– Щас, щас... – Старик вытер заслезившиеся глаза, отдышался и сказал: – Ты до меня лучше не дотрагивайся. Тут, понимаешь... нюанс! – поднял он указательный палец вверх.

– Докоснёшься до моего плеча – значит попрощаешься.

– ?

– Пропаду я, что непонятно? Это вроде как – «конец связи». Или «я тебя наберу». Или «до новых встреч, дорогие радиослушатели».

– Улетишь? Как Карлсон?

– Пропаду. Как не бывало.

– Сурово, – покривил улыбку Игорь.

– Не «сурово» – а правила! – уважительно отозвался старик, залпом допил чай и с некоторым сожалением сообщил: – Пора нам однако начинать, Игорёк.

– Так поехали.

– Так слушай.