Гражданство магической реальности

Но об этом отец уже потом рассказал, пока менял компресс на моем лбу да поправлял ремни вокруг моих конечностей, чтобы я себе чего не сломал в непрекращающихся сериях судорожных движений.

А еще от таких вещей становится сильно недоволен мозжечок из-за чего моё состояние можно было сравнить с сотрясением мозга.

И самое обидное, я никак не мог похвастаться тем, что знаю и умею применять переданную отцом технику! Мозг отказывался выдавать знания о ней до завершения инсталляции.

— Это естественная реакция, — успокоил отец, хотя я видел, что он на самом деле нервничает.

— Загрузка практических навыков это всегда стресс и травма. Сознание отрицает их пока только может. Кроме того, сейчас твое тело не готово к полноценному использованию всех приемов. За что сейчас и получает втык от мозга, устраивающего проверку возможностей и недовольного несоответствием.

Меня снова будто бы долбануло током по всему позвоночнику и выгнуло дугой. В фильмах ужасов так изображали одержимых нечистой силой.

Разве что отец не пытался разговаривать со мною на латыни, а я не отвечал ему на давно вымерших языках и чужим голосом. Я вообще не мог нормально отвечать из опасения прикусить язык, если челюстные мышцы сведет в самый неподходящий момент. Вместо этого я пробовал говорить сквозь зубы. Получалось не очень.

— Долгещо...

Это пример довольно удачной реплики, не прерываемой стоном или воем. В минусе вопросительная интонация и любая выразительная интонация вообще. Но зато понятная.

— Уже потихоньку идет на убыль. Минут через сорок ослаблю фиксаторы, а к обеду их и вовсе можно будет снять.

И что тут скажешь? Да ничего не скажешь.

Только и остается, что терпеть и не думать о боевых приемах. Потому как дурной мозг на любую мысль о них пробует напрягать какие-то мышцы, не приспособленные для этого от слова совсем.

Если бы не предварительная разминка, устроенная отцом, порвал бы себе что-нибудь, как пить дать. Но про пить, тоже лучше не думать, потому как такую попытку мы с отцом уже предприняли.

Стошнило на втором или третьем глотке. Собственно, именно тогда я и понял, что у меня аналог сотрясения мозга.

— Сказку!

Кажется, я начал приспосабливаться к этой инсталляции моторных навыков. Хоть одно слово, но вышло весьма четко.

— Отвлесь...

А вот пояснение смазал, на полуслове свело мышцу правого предплечья.

— Логично, — признал отец.

— Что-то из числа того, что принято в местном мироздании.