Избранная Океаном. Книга первая

И невидимое простому глазу клеймо на моем запястье тому подтверждение. Простите, магистр Лаван, уже слишком поздно, я увязла в этом по самые жабры.

— Ты уже догадался, зачем, верно? — спросил Рейв, бросив на меня быстрый взгляд. — У нее дар. Настоящий, природный. Она унаследовала гены Алинор.

Ректор пошатнулся и едва не упал. Я бросилась к нему, чтобы поддержать, но нечистый меня удержал, прошипев что-то про суицидальные наклонности. Магистр вскинул руку, и огоньки в «глазах» ботов потухли, знаменуя переход в спящий режим.

— Пусти, — прорычала я, и Рейв нехотя подчинился, убедившись, что выстрелов со стороны роботов не последует.

Я протиснулась мимо застывших металлопластиковых фигур и бережно подхватила враз постаревшего хонга под руку, помогая дойти до ближайшего стула. Вампир со вздохом подошел к нам и, нахмурившись, забормотал какое-то заклятье. Я пока еще мало что понимала в плетениях, но чувствовала, что Рейв пытается подлатать магистра, а не добить. Закончив бормотать, нечистый положил светящуюся ладонь на грудь ректора, и тот шумно выдохнул, на глазах синея и переставая быть похожим на призрака.

Я нетерпеливо ерзала рядом, не в силах хоть чем-то помочь.

Когда Рейв закончил, магистр Лаван потянулся ко мне и положил жилистую морщинистую руку на мое плечо.

— Видят великие духи Океана, я не желал тебе этой судьбы, девочка, — пробормотал он с жалостью. — Но замять случившееся уже не получится — боты записали наш разговор и передали в сервисный центр.

— А я думал, хуже уже быть не может, — процедил Рейв, зло ударив кулаком в стену.

Пластик с тонким хлопком лопнул, расползаясь сетью трещин. — Если раньше у меня и были сомнения, то теперь я точно уверен: Альмит, ты патологическая неудачница!

Глава 26

Все, что происходило дальше, я запомнила смутно. Боты снова ожили, по всей видимости, получив приказ из сервисного центра, и оттеснили меня от магистров, зажав в плотное кольцо. Я едва успела отдать Рейву контракт, решив, что лучше не показывать его посторонним. Около часа я томилась в оцеплении, а затем в кабинет ворвались военные в техноброне и с боевыми гимами на изготовку.

Беспрестанно ругающегося Рейва вывели из помещения, а меня, словно какую-то особо опасную преступницу, скрутили, отняв ученический гим, телефон и мини-планшет. На шею мне надели антимагический ошейник, а руки скрепили наручами на случай, если рискну кинуться в рукопашную.

Магистр Лаван не вмешивался, но по его лицу было понятно, что он не одобряет таких суровых мер.