Избранная Океаном. Книга первая

Я закрою глаза на то, что ты нарушаешь законы Хонгана, пусть и с разрешения магистра Лавана, и не стану доносить об этом инциденте. И чтобы вновь не поднимался вопрос о том, должна ли я обращаться к тебе на «вы», сообщаю, что ты на данный момент относишься к категории преступников, так как незаконно проник на территорию чужого государства, и по уставу я могу сама выбирать форму общения с тобой.

Я выпрямилась и столкнулась с задумчивым взглядом эльфа. Я ожидала злости, раздражения или снисходительной усмешки, но никак не такого спокойного внимания.

Покосившись на Рейва, я скорчила вопросительную гримасу, надеясь, что хотя бы он объяснит мне, что я делаю не так.

«Ты все делаешь верно», — одними губами ответил вампир.

Верно? Он что, издевается? Я откровенно хамлю его приятелю, веду себя, как неблагодарная девчонка, но при этом все делаю верно? Я окончательно запуталась. Меня снова замутило, виски отозвались болью, и я поспешно села, мечтая оказаться под одеялом в своей комнате.

Глава 16

— Пожалуй, вынужден согласиться с твоей точкой зрения, — произнес Рик, отвлекая меня от невеселых мыслей.

— Мы не на светском приеме, чтобы следовать этикету, да и глупо церемониться с преступником, пусть и спасшим чью-то жизнь. Раз уж мы будем общаться в таком тоне, я могу называть тебя просто Альмит?

— Как тебе будет удобно, так и называй, — отмахнулась я. — Надеюсь, на преступника не обижаешься? Я это для большей убедительности сказала, не принимай близко к сердцу.

Лицо эльфа разгладилось, и он мягко, едва уловимо улыбнулся.

У меня даже перехватило дыхание на секунду, потому что улыбка, искренняя и теплая, невероятно ему шла. И почему они там, на поверхности, такие красивые?

— Никаких обид, Альмит. Дипломаты должны быть убедительными, иначе сложно будет переспорить собеседника. Особенно если это упрямый старый эльф.

Я с облегчением выдохнула. Подсознательно я ожидала выговора, криков, оскорблений — всего того, что обычно следовало за моими прямолинейными высказываниями. Привыкнуть к мысли, что в дипломатии никто ничего не решает руганью, было сложно, так как я двадцать пять циклов жила, постоянно выслушивая замечания и обвинения в ответ на любую попытку отстоять свою позицию.

— И насколько этот упрямый эльф стар? — не удержалась я.

Краем глаза я заметила, что Рейв закрыл лицо ладонью. Похоже, только что я действительно ляпнула что-то неправильное. Но Рик, усмехнувшись, покачал головой:

— Не думаю, что обязан отвечать на столь бестактный вопрос, леди.