Избранная Океаном. Книга первая

— Простите, — поклонилась я, искренне раскаиваясь. — Я, кажется, поняла, что вы имеете в виду, магистр. В следующий раз при возникновении таких спорных вопросов я сначала подойду к преподавателю лично. И лишь при условии, что он окажется одним из того меньшинства, о котором вы говорили, я позволю себе столь некрасивую дискуссию при сокурсниках.

— Я рад, что мы друг друга поняли, кадет Маруа, — сказал магистр, возвращаясь к поучительному тону. — Всего доброго.

Он поднялся и, кивнув на прощание, как велит устав, вышел из кабинета.

Я, все еще стоя в поклоне, успела разглядеть на его лице довольную улыбку, и мне стало немного легче. Конечно, считать преподавателя идиотом куда проще, чем пытаться понять его и найти общий язык. Жаль, что я осознала это только после того, как попала в эту глупую ситуацию.

Постояв немного в полной прострации, я вздохнула и побрела к выходу. Голова начала неприятно пульсировать в районе затылка, одышка снова вернулась, и я была искренне рада, что магистр Лаван дал мне освобождение от занятий.

Сейчас мне хотелось только лечь и умереть, желательно в своей кровати.

Мое желание было услышано и исполнено (по крайней мере, его первая часть): запнувшись о порог, я полетела навстречу полу. Третий уже раз за сегодня, сколько можно!

— Осторожно!

 Чья-то рука подхватила меня поперек талии, не дав позорно растянуться по виниловому покрытию. Скосив глаза, я увидела сокурсника, носившего, как и я, черную кадетскую форму. Имя вспомнить не получилось, но я знала, что в рейтинге он лишь на несколько позиций ниже меня.

Парень помог мне встать твердо на ноги и только после этого убрал руку.

— Спасибо, — пробормотала я смущенно.

Он улыбнулся, внимательно вглядываясь в мое лицо.

— Ты в порядке? А то я еще на паре заметил, что ты настолько бледная, что почти не выделяешься.

— Это комплимент или оскорбление? — уточнила я.

Хонг перестал улыбаться и сконфуженно поморщился, явно жалея о своих словах.

— Проехали, пусть будет констатация факта, — я милостиво махнула рукой, решив, что накидываться на первого из сокурсников, кто рискнул со мной заговорить, просто невежливо.

— Я не подразумевал ничего такого, Альмит, — поспешно проговорил он, подкупая меня тем, что знает мое имя. — Прости, если обидел.

— Сказала же, проехали, — в этот раз я постаралась придать голосу мягкость, чтобы сгладить неловкость. — Я сегодня немного не в себе, так что не обращай внимания.

Мы помолчали, не зная, о чем говорить дальше.