Орден геноцида

Или теперь правильнее говорить террористов?

- Думаешь, к нам и правда заглянул тот самый Юф? – негромко спросила Вилли, не опуская трофейного карабина.

- Думаю... – протянул я, - Что мы тут такого шума навели, а полицейских свистков почему-то до сих пор не слышно. Странно это...

Как есть странно.

Глава 14

- Ну и как ты собираешься вызволять мой мотоцикл? – скептически произнесла Хильда, покачиваясь в седле своей Снежинки. Одной рукой кузина держала поводья, а вторую положила на рукоять висящего на поясе револьвера.

- Как, как... – проворчал я, шагая на своих двоих и ведя под узды Пылинку. – Обыкновенно. Волшебные слова я знаю, вот как.

- А меня научишь?

- Баш на баш, сестра, баш на баш...

- Ну, после того, как ты уговорил папу взять меня на охоту, я уже почти верю в то, что ты – исполняющий желания джинн, - хихикнула кузина и пропела. – Арабская нооочь!..

- Ты главное лишний раз рот не открывай, как до разговора с надзирателем дойдёт, - сказал я. – Поприветствуешь, извинишься.

- И он?.. – с сомнением произнесла Хильда.

- И он тебе сразу ключи от мотоцикла и вернёт.

- Ой темнишь ты что-то, Курт, ой темнишь... Не может оно всё так просто быть. Ну, не может!

- Кто сказал, что будет просто? – пожал я плечами. – Дипломатия – это всегда поиск компромиссов...

- Не помню, чтобы ты у нас большим дипломатом был, - ехидно произнесла сестра. – Ты что, втихаря открыл Зелье Удачи? Так лучше бы философский камень поискал – я бы себе сразу купила.

- ...«Цундапп Блиц», - гнусаво закончил я. – Ты что-нибудь новенькое придумаешь уже или нет?

...Но я лишь бедняк. Из богатства – лишь сны,

Я грёзы свои разбросал пред тобой.

Ступай же легко, ведь шагая вперёд,

Мои ты сминаешь мечты[1].

- продекламировала Хильда. – О, я поняла! Ты такой желчный, потому что у самого мечты нет! Тебе срочно нужно придумать, чего бы ты очень хотел купить!

- Быть может – банку клея? – хмыкнул я. – Кое-кому в рот влить, чтобы болтала помень.

- Стой! Кто идёт? – окликнул нас вышедший из дверей полицейской управы городовой.

- Не идёт, а едет, - буркнул я.

При том, что вот как раз я и не ехал, а шёл пешком, с трофейным карабином наперевес.

Хильда на своей лошадке таки ехала, а вот свою Пылинку мне пришлось отдать под перевозку трёх замотанных в мешковину трупов. Трое выживших налётчиков были привязаны к седлу Снежинке и двигались своим ходом.