Встреча

– Славушка не случайно является вам именно в таком виде: ваша психика отчаянно старается вернуться в то самое счастливое и беззаботное время и, опять же судя по Малышу, ужасно страшится оказаться в определенном моменте после, где произошел некий излом, травмирующее событие, после которого, – Тарасов зажег ароматическую смесь, подошел к шкафу, – вы оба и стали такими несчастными. И сейчас я, господа мои, – и обернулся, держа в руках плеер, – постараюсь помочь вам совершить путешествие в тот злополучный день и разобраться с тем, что за беда у вас там случилась.

Спустя пару минут я лежал и ждал с интересом: это был первый в моей жизни сеанс гипноза. Славик раскрыв рот глазел на психолога, который мягким, бархатным голосом о чем-то повествовал нам. Фоном звучала приятная негромкая музыка. Нежный успокаивающий запах наполнял комнату. Рассказ Михаила тек и переливался, подобно кристально чистой воде из горного родника, потихоньку становясь все бессвязнее, но оттого не менее прекрасным, неторопливо уносящим в какую-то безбрежную туманную даль.

Я почувствовал, как веки мои отяжелели и сами собой закрылись глаза...

...Утро. Лето. Яркие солнечные лучи игриво поблескивают на покрытой росой траве. Веселые синицы щебечут в березовой кроне за окном. Мы с Федькой, миновав аккуратно коридор между дверей, ведущих в комнаты, где спали взрослые, уже наперегонки бежали на речку, искупаться в бодрящей воде и насобирать на берегу малины.

...Полдень. Знойный воздух поднимает тучи обезумевшей мошкары, асфальт с гадкой вонью плавится на глазах... Но все это – в далеком душном городе, откуда, слава Богу, нас с братом благополучно вывезли на все лето родители, о чем с радостью говорит мама. Мы все: мама, папа, бабушка, Федька и я, – сидим за столом на террасе бабушкиного дома, со смехом слушаем мамины восторги и кушаем вкуснейшие на свете горячие пироги, запивая свежим ромашковым чаем, вместе с принесенной мной и Федькой малиной.

...Солнце нещадно бьет в глаза. Я стою, по папиному приказу широко улыбаясь и стараясь при этом не моргнуть. Вся наша семья несколько томительных секунд ждет, когда заветная створка объектива защелкнется и раскроется вновь, дав понять, что мы отныне и навеки запечатлены на пленке.