Трио и ирландский кофе

– Признавайся, Аркаша, ты снова с техникой что-то не поделил? – иронично поинтересовался Валера вместо приветствия у молодого мужчины, стоящего у кулера с чашкой. – И знакомься, у нас тут новая головная боль. Стажер Саня. Прошу его не любить и не иметь… – пауза, – к нему особого расположения.

Вместо ответа на все эти реплики Аркадий лишь окинул Фрола изучающим взглядом патологоанатома и обворожительно ему улыбнулся, прекрасно зная об эффекте, который производил его вампирский оскал на неподготовленного зрителя.

Фрол от такого искреннего радушия неловко попятился и даже позабыл возмутиться по поводу своего имени. Но после заботливого тычка в спину со стороны своего куратора он перестал пялиться на Аркадия и резко метнулся к принтеру, стоявшему на отдельной тумбе под раскидистым фикусом возле стола секретаря, как к источнику спасения.

– Не тот!!! – синхронно рявкнули коллеги, после чего переглянулись и синхронно хмыкнули. Замерший на одной ноге Фрол, успел только поднять крышку принтера и увидеть бутылку вина и шеренгу из пустых стопок в количестве пяти штук.

 – Хмм, кстати, надо заменить на ром, – похлопал по плечу коллегу – Валеру Аркадий.

– И не говори… – и уже стажеру, – в кабинете Клавдии Семеновны!

Фрол аккуратно опустил крышку и на цыпочках направился к кабинету начальницы под двумя изучающими взглядами. Дверь открылась без ожидаемого скрипа (в отличие от дверец шкафа Валерича), открывал обзор в святая святых – иначе это место, окутанное приятной полутьмой, никак нельзя было назвать.

В темноте этот кабинет казался очень даже комфортных и уютным: диван, пара кресел, обитые материалом, приятным на ощупь и очень похожим на натуральную кожу, большой стол, покрытый мягким сукном, стены, обитые бархатом (или обоями, имитирующими его). Принтер и прочая техника здесь были явно не в почете: все находилось на отдельном столе в дальнем углу. 

Скорее всего, Фрол так и продолжил бы внимательно зыркать и с опаской изучать все, что его заинтересовало в кабинете начальницы, по своему очаровательной обстановкой, но уж слишком его напугало собственное отражение во весь рост, куклы на полке, зловеще зыркающие на него светящимися глазами с полки шкафа.

Стоило Фролу включить свет, как он испытал эстетическое потрясение: весь интерьер был выполнен в ядовито салатовых и кислотно-розовых оттенках.