Будни некроманта

Стало ясно, что она готова терпеть что угодно ради выезда за мертвецами. Хотя со стороны ее удивление могло показаться несколько искусственным, и Ансгар напомнил себе, что это, должно быть потому, что она играет ребенка.

Которого у него нет.

Получается, он ему нужен, что ли?

Размышления на эту тему не раз приводили доктора к выводу, что считать себя сверхчеловеком, лишенным обычных инстинктов, довольно глупо. Вот родительский инстинкт – он же у него есть. Наверное, не будь его вовсе, он не принял бы в гости племянницу, которая так напоминает его самого.

Правда, она красивее. И мысль о том, что какие-то незнакомые ему красивые мальчики смотрят на нее с восхищением, а то и с вожделением, отзывалась в нем вполне обоснованной гордостью. Его племянница должна всем нравиться. Это нормально.

– Нет, надувные! – съязвил он. – Причем надули их, так и не объяснив им, что они мертвые и должны спокойно гнить в своих гробиках! Поэтому они до сих пор ходят и пьют чай!

– Чего? – удивился Ваня. – Они, что, и психами бывают? Я думал, это привилегия живых.

Только не подумайте, Ансгар Фридрихович, что вы воскресили шовиниста.

Глафира хмыкнула.

– О, наконец-то вы пришли! Я вас сразу узнала! Миша говорил, что у вас такой сексапильный сколиоз, а лицом вы похожи на молодого Йозефа Геббельса!

Девушка в шиншилловой шубе, с большими губами и блестящими от колец пальцами встретила их у калитки.

– Оптимистично, – ответил ей доктор Мерц, – особенно если учесть, что толком постареть он так и не успел. Вы Анжелика?

Он только что вылез из машины и теперь, смахивая снежинки с лица, без интереса оглядывал окружающие его сугробы, заборы, дворы, дома и высокие заснеженные сосны.

Ваня и Глафира встали поблизости.

– Случилось ужасное, – перешла девушка на искренне-серьезный тон.– Я думала, мне подлили «кислоты» в чай или я сплю после тяжелой пищи. Мне плохо, потому что в реальности так не бывает. Я спросила у Миши, что за хрень, и Миша сказал, что знает человека, который поможет нам с ними справиться. Муж еще не приехал, но скоро будет.

Проходите, пожалуйста, Ансгар Фридрихович, и вы, молодые люди… как вас зовут?

– Иван и Глафира. Не все из нас люди.

– Странно, что Иван вам никого не напомнил, – доктор Мерц проследовал мимо Лики к калитке в сплошном заборе, затем сквозь нее и медленно пошел по дорожке, ведущей к огромному загородному коттеджу.

В коттедже горело только одно окно.

За окном просматривалась кухня с маленьким разделочным столом, освещенная небольшой люстрой.