Пыльные цветы

Ева сама не заметила, как оказалась в центре эльфийского восстания.

Они собрались на руинах «Убежища». Точнее, не то чтобы там были совсем уж руины. Кто-то притащил генератор, несколько пришедших фейри тут же начали убирать мусор. Убийц можно было не бояться – вокруг «Убежища» собралось столько народу, столько туго сплетенных охранных чар, что любую угрозу смели бы сразу.

Выглянув пару раз в окно, Ева увидела обычную человеческую полицию, которая оцепила территорию. Интересно, что говорят об этом в новостях? Как представляют людям? Ева думала посмотреть, но телефон не работал.

- Это энергия, - пояснила Лили. – Ты же чувствуешь?

Ева действительно чувствовала. Воздух будто вибрировал. То и дело ей казалось, что краем глаза она замечает призрачных китов, а где-то на границе слышимости их песни. Ева уж подумала, что сходит с ума, но ничего подобного.

Она могла понять, почему предыдущие наследники не очень-то стремились обуздать такую силу. Нужна уверенность Ноа и его желание идти вперед, чтобы держать всё это в узде.

Хотя если бы кто-то из них попробовал раньше… если бы осмелился стать истинным королем и обрушить на узурпаторов всю мощь древней магии, стольких смертей удалось бы избежать!

- Может, они и не короновались подобным образом, - пожала плечами Лили. – Предыдущие короли. Это допускалось, их кровь позволяла править без древних церемоний и сил.

- Поэтому не смогли подавить захват трона?

- И поэтому тоже. Ну, и захват не был открытым противостоянием. Многое прошло тайно и неожиданно.

А потом некому было призывать старую магию.

- Откуда ты всё это знаешь?

Лили смутилась:

- Знания… ну, будто приходят.

Ева могла не сомневаться, что будущее сестры тесно связано с Фарналисом. Но и ее собственное, кажется, тоже.

Пока же она не находила себе места.

Телефоны не работали, а внутри «Убежища» всем руководил Шан. Он не лез в политику, зато понимал, как обустроить много спальных мест для тех, кто приходит и хочет отдохнуть. Как распределить одеяла и одежду. Лили сначала помогала ему, но потом ее увлекли фейри, которые просили благословения.

Не того, что рассыпалось порошком, а истинного от Богини. Они и порошок-то назвали так из-за сходства. Из-за тоски по Богине.

Делин и Дайн оставались с Ноа, который расположился в своей прежней комнате, но теперь карта Фарналиса на столе обрела первоочередное значение.

Изначально Ноа боялся, что им придется воевать. А еще – Ева видела это в глубине его глаз – что фейри не примут его королем.