Пыльные цветы

Она осмотрела ладони, цокнула языком, но заявила, что ничего страшного. Только и Делину пока лучше не колдовать. «Иначе окажешься на том же диване под дозой благословения».

После этого Марна отправила всех спать, заявив, что еще немного поколдует над Ноа – как подозревала Ева, в прямом смысле.

Марна ей нравилась. Невысокая фейри с витыми рогами, с раскосыми глазами и в тонких кимоно. Явно живущая очень давно и набравшаяся за это время жизненного опыта и уверенности. Она напоминала Еве мать. Та тоже решительно управлялась с лошадьми на ранчо и никогда не терялась.

Марна арта Ульн жила в отличном браунхаусе – типичный для Нью-Йорка старый дом из слоистого песчаника коричневого цвета. Отдельный вход, несколько этажей. Стиснутый с двух сторон другими подобными домами, он всё равно давал иллюзия тихого уголка. При этом располагался почти в центре, а не в пригороде.

Показы Марны неизменно производили фурор, а коллекции одежды расходились со скоростью света. Она одевала знаменитостей, в ее платьях вышагивали по многим красным ковровым дорожкам и получали «Оскары» и «Грэмми».

Дом оставался уютной пещеркой, полной блестящих эльфийских тканей, старинной человеческой мебели и едва уловимого травяного аромата, который Марна наверняка принесла с родины.

Даже ее кухня оказалась деревянной и очень теплой – и светлой. Ева ожидала увидеть Марну, но никак не Ноа.

Сегодня он не походил на умирающего.

Стоял босиком, в джинсах и простой белой рубашке, которые нашлись у Марны. Встрепанный, и в утреннем свете хорошо было видно, что его волосы не просто светлые, но с необычным серебристым отливом, который мог быть естественным только у фейри.

Он готовил яичницу. По крайней мере, Ева заметила на столе яичные скорлупки, пускай что-то монструозное на сковородке мало походило на яичницу. Только если к ней добавить картошку, овощей и что-то еще, что Ева боялась даже рассматривать.

Ноа бросил на нее быстрый взгляд и подмигнул:

- Тебе идет платье фейри. Модненькое.

Голос Ноа звучал хрипло, и Ева вспомнила, как он кричал ночью – и как его чуть не придушили при нападении.

Одной рукой Ноа включил чайник, тут же скользнул обратно к сковородке, потыкал яичницу и счел ее готовой. Ева успела присесть за стол, а на нем уже оказалась доска, сковородка, две тарелки и приборы.

- Разве ты не должен спать? – осторожно спросила Ева.