Перекресток пяти теней

— Шерсть, кости, мех — сколько угодно, но чужие жизни — никогда. Вот Владимир перед крещением, пробуя навязать единый божественный пантеон, причем с Перуном во главе, который, к слову, был божком так себе, вовсе не первым из первых — принес. Народ тогда возмутился люто.

— Удивительно. А историчка его чуть ли не превозносила, — заметил Женька.

Эд поморщился:

— Неудивительно. В свете того, что данная местность споро так отказалась от исконной веры предков и легла под чужую. Благо, не поголовно. Сказки до сих пор знаете.

Женька пожал плечами.

— Близнецы Белобог и Чернобог отвечали за верхний и нижний миры, — Эд налил себе чая, отхлебнул и продолжил рассказывать: — Один помогал создавать. Другой — разрушать то, что должно быть разрушено. Вот так и некроманты — уничтожают нежизнеспособное и убивают тех, кто берега путает.

— А рыцари?

— Эти насущными угрозами занимаются. Встревают, только когда все явно настолько, что осталось только найти и порешить злодея. Потому и гильдейцев не любят, часто принимают удар на опережение злодейством ради злодейства.

— Этот центр, значит, удар на опережение? — не поверил Женька.

— Так и есть. Всем сверхам пар выпускать необходимо время от времени. Так лучше пусть они у нас под присмотром это сделают, чем на улицах города.

Наверное, в том имелся свой резон. Тем более, насколько Женька мог судить по сегодняшнему дню, основными гостями заведения были метаморфы и ведьмы с колдунами.

— Как какая-нибудь боевая операция случится, — верно понял ход его мыслей Эд, — здесь от рыцарей не протолкнуться будет.

— А наши?

Эд коротко хохотнул.

— Ну… некроманты, — поправился Женька и удостоился одобрительного взгляда.

— У наших несколько иные развлечения, чем алкоголь в себя вливать, завязывать романтические знакомства на пару вечеров и дрыгать ножками на танцполах. Впрочем, сам увидишь, — пообещал Эд. Щукр, когда тот отвернулся, снова утянул из вазочки конфету. — Ты только с людьми поосторожнее.

— Съедят? Так может…

Щукр издал скрежещущий звук, будто по стеклу провели чем-то железным — рассмеялся, наверное.

— А не пускать нельзя, — уверенно сказал Эд.

Глава 8

— Оборотни, то есть метаморфы — они ж почти звери, только разумные, — сказал Эд, пропустив очередного быковатого парня, которого Женька послал бы восвояси обязательно, если бы сам стоял на дверях. — И сюда они приходят прежде всего отдыхать.