Перекресток пяти теней

Тем же днем собрался и сбежал в поселок, наврав тетке будто нашел работу. Только и там не высидел долго: все чудилось, смотрит кто-то пристально в затылок, спину из каждой подворотни буравит взглядом. А однажды, когда вышел в магазин затемно, его до смерти напугал цокот коготков по асфальту. Возможно, то была крупная собака, никаких волков Денис не видел, но чувствовал, что лишь чудом и благодаря вовремя встреченному соседу вернулся на съемную квартиру живым.

На следующий день Денис купил билеты и отбыл в Москву. И вот сидит он в вагоне, смеркается уже, смотрит на дома, в которых огни зажигаются, размышляет над тем, что рушит за собой все мосты и пока не представляет, как станет устраиваться в абсолютно чужом городе, не имея ни связей, ни знакомых.

Взгляд лениво по привычному пейзажу скользит, на кустах у насыпи останавливается… и в тот же миг ледяная игла прожигает Дениса насквозь, а из зеленой гущи в упор глядят на него два оранжевых глаза.

Он едва бежать не кинулся — тогда точно живым не остался бы, — но мягко качнулся вагон, запели колеса, и поезд начал набирать скорость.

В купе ввалилась веселая толпа студентов, потому трястись от страха всю дорогу быстро стало занятием деструктивным и неинтересным.

Из здания вокзала Денис вышел полный сил и оптимизма, а потом началось снова. Все казалось, Татьяна найдет его и… съест.

— Ты не уснул там?

Денис вздохнул, открыл глаза и нос к носу столкнулся с Василисой.

— Опять?

Денис пожал плечами.

— Я ведь говорила тебе, что нельзя вспоминать! Вспоминая, дорожку к себе прокладываешь.

— Словно я могу забыть, — прошептал Денис.

Василиса протянула руку, погладила его по голове. От нее пахло чем-то теплым, приветливым.

— Ищет, — сказала она тихо. — Вот и накрывает тебя время от времени. Но ничего. Вставай, пойдем. Такси уж у подъезда.

— Может, одна поедешь? Боюсь, у меня от близости оборотней начнется паническая атака.

— Вот посмотришь на рысей да лисиц, а я потом — на эти твои атаки, — рассмеялась Василиса. — И кстати, не оборотней, а метаморфов! Сколько можно повторять? Оборотни могут принимать только одну личину, причем не всегда по желанию.

Метаморфы — разные. Ограничены лишь своей внутренней силой. Ну, знаешь, у кого-то едва-едва на мышку с лягушкой хватает, а другие орланами в поднебесье парят или… например, мантикорами.

— Кем?.. — Денис фыркнул.

— А ты думаешь бестиарий люди под впечатлением от неправильно приготовленных грибов выдумали?

— Не пойму: при чем здесь я? — честно признался Денис.