Кадет Морозов

Когда мы с девочками одними из последних вошли в холл, выяснилось, что отец, принимавший от Дьяченко ежедневные доклады о новых фактах расследования, направился прямиком в свой кабинет. Маги, воины и слуги быстро разошлись по своим делам, а нас ожидали старшие братья и Галина, которая тут же взяла под свое крыло заплаканных девочек и увела с собой.

— Идем ко мне в комнату, — махнув рукой, предложил Федот, и мы все отправились вслед за ним.

В дальнем углу просторной комнаты расположился небольшой круглый стол со стульями.

На нем стояли бутылка вина, бокалы и разнообразные закуски.

«Хорошее дело, — подумал я, глядя на блюда с едой. — Я ведь уже успел проголодаться, последний раз ел ранним утром».

— Присаживайтесь, — предложил хозяин комнаты и быстро разлил вино по бокалам, про меня тоже не забыл. Выделываться и показывать, что мне не нравится происходящее, я не стал, поэтому мы, не чокаясь, выпили, поминая погибшего старшего брата.

Вино оказалось совсем не кислым, напротив, очень даже приятным и вкусным.

«Странно, — думал я, делая очередной глоток. — Почему-то кажется, что сегодня смаковать алкоголь и что-то из закусок — это проявление кощунства. В трагические моменты жизни боль должна заглушать потребность вкусно поесть и выпить. Иначе это будет выглядеть как насмешка над памятью погибшего, который уже не может позволить себе простейших радостей жизни».

— Что думаете? — через некоторое время на правах нового наследника рода и старшего брата поинтересовался Федот.

— А что тут думать? Что думать? Нужно признать, что кто-то нас методично убивает.

Сначала одного, потом второго, а сейчас уже третьего! — поморщившись и откинувшись на спинку стула, произнес непривычно серьезный Игнат, после чего эмоционально закончил: — Носортул! А ведь Георгий был самым сильным из нас! Самым! Повторяю! Сильным! Имел ранг профессора, приличный опыт в сражениях и хорошо развитый родовой дар! Вы, конечно, как хотите, а я теперь без охраны никуда. Да и посматривать по сторонам буду на всякий случай.

— Ты действительно считаешь, что нас кто-то убирает? — нахмурился Федот. — Одного за другим? А почему тогда начали с Георгия? Не проще ли было бы устранить нас, а потом уже браться за него?

— Галина во время похорон слезы вытирала, — заговорил вдруг молчавший до этого Руслан. — А ведь она Георгия никогда не любила и не скрывала этого. По ком слезы льет? Или это слезы радости?

— Ты что-то знаешь? — тут же навострил уши Игнат. — Тогда рассказывай, не тяни.