Тайные тропы

Только чем дальше от реального мира, тем сильнее ответвятся, как Отражения Эмбера. Оно и понятно — реальность одна, а воображений много…

— И все влияют на этот мир? — Олег подпёр подбородок. Действительно — а единственный ли мир архетипов — тот, куда «за ручку» провёл волхв.

— Нет, как и наоборот. Для влияния на мир нужно особое умение или знание, что сделать, — закончив с постановкой деталей, волк приступил к пайке, стараясь не запалить себе шерсть.

А иногда, похоже, достаточно только безрассудства оказавшейся в нужное время и в нужном месте команды молодых людей и нелюдей.

Ярослав и Олег переглянулись. Им одновременно пришла одна и та же мысль — а ведь были другие миры, кроме Архетипов, взять хотя бы ту загадочную деревню на выходе из обнаруженных в первом выезде в тайгу катакомб. Та деревня так и осталась неизученной — после первого визита в тайгу события понеслись вскачь, и на первый план вышли гораздо более срочные вопросы.

— Не так грубо… Это если три-четыре человека — тогда можно действовать тоньше, а когда их десятки, не до тонкостей, — покачал головой Олег.

Он явно в последнее время увлекся детективами с политическим уклоном, — И судя по тому, что мы сразу на двоих таких магов наткнулись, то их счет по факту может идти на сотни.

— Магия — это управление хаосом, — Бирон окунул паяльник в канифоль. — Например, самый простой способ телекинеза — частичное упорядочивание теплового движения молекул.

Чем больше хаоса, тем проще магу творить чары. А когда всё упорядочено и на виду, чудо почти невозможно сотворить — просто нет пространства для его проявления. Так что для магии чем больше людей вовлечено в процесс, тем вернее он воплотится! Хотя бы потому, что резонанс больше.

 — Ну да, в мутной водичке рыбу легче ловить, — кивнул Олег.

 — А как же каноническое «видеть цель, верить в себя и не замечать препятствий»? — оживился Димон, вытягивая из кармана куртки блокнот.

Ярослав тем временем задумался. Резонансного объяснения магии среди множества прочитанных книг еще не встречалось. В основном было нечто вроде отдачи мысленных команд какому-нибудь «исполнительному механизму».

— Это метод, а сырьё для воздействия — что-то неорганизованное, но податливое воле, — закончив с пайкой, Бирон приступил к спилу заусенцев. — Вот, уже почти готово. Первая, — он обратился к беловолосой, — схожу я с Рыжим.