Пантеон

      Панацея нашла в себе силы зажать тревожную кнопку, вызывая отряд быстрого реагирования, расположенный в соседней комнате.

Я птица Хат, веденье* мира.

    Отряд не заставил себя ждать. Не успели дозвучать слова Персоны, как дверь палаты вновь начала отворяться, даря драгоценные секунды, прежде чем в палату должен был ворваться отряд оперативников с распылителями пены и станнерами.

И имя мне…

      Дверь открылась полностью, но Тейлор, находящаяся в состоянии между шоком и ступором, без какого-либо участия разума смотрела на то, как солдаты, что должны были ворваться внутрь, замерли, будто зачарованные, глядя на женщину, что стояла посреди комнаты.

Свободные белые одежды с замысловатым узором на окантовке ниспадали на пол, обрамляя величественную фигуру, словно бы сделанную из ожившего мрамора — столь идеально гладка была ее кожа. За спиной ее была величественно расправлена пара соколиных крыльев, а на антрацитово-черных волосах возлежал головной убор в виде бычьих рогов, меж которых был зажат солнечный диск, что по-настоящему излучал солнечный свет.

Изида.

     Свечение погасло, но все присутствующие люди остались на своих местах, словно зачарованные. Лишь Изида с полуулыбкой на устах смотрела на Тейлор, которая также смотрела на… Богиню.

      Иначе никак она не могла назвать ту, что сейчас стояла перед нею. Идеальная. Это было единственное описание, которое Тейлор могла подобрать для нее, и то — так можно было назвать лишь бледнейшую из теней, что могла отбросить красота этой небожительницы.

     Богиня сдвинулась с места, не обращая никакого внимания на окружающих людей, кроме как на саму Тейлор. Даже двигалась она величественно, словно каждым шагом своим утверждая свое право носить свои титулы.

      — Ты звала меня, бедное дитя. И я откликнулась. Ты искала исцеления, дитя…

      Подойдя к кровати Тейлор, Изида изящно наклонилась и, прошептав что-то, поцеловала девушку в лоб.

      В тот самый момент, когда губы богини коснулись ее лба, Тейлор ощутила, как по ее телу прокатывается волна энергии, мгновенно смывающая боль и усталость, наполняя мышцы энергией и силой. Боль… просто исчезла.

      Но самое главное — вместе с поцелуем все… все те страхи, что сейчас были в ее голове, пожирали ее изнутри — все они мгновенно исчезли, оставляя ее разум кристально чистым и ясным.