Пантеон

И какой она будет дочерью, если не скажет последнее слово свои родителям.

И потому.

Море Душ всколыхнулось от её зова. Она искала того, кто способен дать ей встретиться с умершими, не возвращая их на бренную землю полноценно.

Она отвергла Всадника на Коне Бледном, ибо семь ангельских труб ещё не протрубили. Она отвергла Первую Женщину, что была Смертью-и-Твореньем. Она отвергла Мрачного Жнеца, ибо вряд ли его способности будут приятны живущим.

Но кандидат… нашёлся. Он пах землёй, смертью и гранатовым соком.

- [Персона] - слова слетели с её губ, что сейчас ощущали сладко кислый привкус граната.

Земля на мгновение дрогнула, пржде чем разойтись в стороны, выпуская из недр их господина.

Σын Κρόноса, Владыка Χρόνου и Γεῑ великой,

Его голос звучал эхом далёких землятрясений, воем одинокого ветра дующего в пещерах, журчанием подземных рек, отдавался шёпотом стонающих душ, что шепчут в мёртвой тишине заблудшим одиночкам.

Πожранный Ὀтцом своим, но рождённый вновь,Ἕις из τριῶν, кто Οἰκουμένην правил могуче,

Он был смертельно бледен, белее самого чистого бумажного листа.

Госпοдин недр Земных, Властелин всѐгда,

Облачён он в древние одежды из тёмной ткани, подобной тунику и гиматий, что мерцают на грани видимого света, словно сотканы из сущности ночи. Ткань двигается, словно бы стенающие призраки, колышимые невидимыми ветрами Подземного мира.

Δуш людских и судья, кто над мёртвыми вечно,

На его плечах — чёрный, выцветший от век плащ, отороченный золотыми узорами, изображающими змеев и черепа, символизирующими его власть над смертью.

Ἅδης я, зοву твоему ἀπόκρισις дав.

Вокруг него, словно в ореоле, поднимаются дымчатые формы беспокойных душ, которые лишь на мгновение прорываются в мир живых, прежде чем снова исчезнуть в глубине его плаща.

Пришёл я, как велено, Πάνδωρα, что хочешь сказать?

- Ты знаешь, чего я хочу, Господин Богатств. В твоей ли власти две души призвать, даруя мне возможность попрощаться?

Он медлит, а его руки движутся, словно бы перелистывая невидимые страницы.

То в моей власти, ибо два смертных вкушают покой свой на полях Ἀσφοδελῶν. Но уверена ли ты, Πάνδωρα, в желании своём?

- Уверена, Аид.

"Γενέσθω οὖν.