Пантеон

Медленно обведя идеальный круг, наконечник копья разрезал не материальный объект, но физическое явление, открывая проход Лжецу.

Однако гравитационная сингулярность не коллапсировала, все еще продолжая засасывать в себя все материальное, словно не обращая внимания на огромную дыру в собственном боку.

Падший более был не намерен позволять этому фарсу продолжаться и потому спустя мгновение после того, как целостность горизонта событий была разрушена, он исчез, чтобы в тот же момент появиться вплотную к Симург.

Та было попыталась что-то сделать, но было уже поздно. Аура, окружавшая Люцифера, сфера его абсолютной власти, место, где он был практически всесилен, уже вошла в контакт с ее материальным воплощением, эффективно нивелируя ее возможности.

В один момент всевидящая и всезнающая Сущность Третьего юнита была низведена до слепого и глухого котенка, находящегося посреди бесконечной какофонии иррациональной информации. Векторы закручивались в спирали, замыкаясь в самих себя, константы изменялись единомоментно, не имея под собой никакой закономерности, ветви хронооси более не были прямыми, сворачиваясь лентами Мёбиуса в циклический парадокс невозможности.

Даже ее вычислительных мощностей вкупе с отключенным энергосбережением не хватало на то, чтобы сделать хоть что-нибудь.

В какой-то момент алгоритмы Юнита пришли к единому императиву. Текущий уровень манипуляций не позволял эффективно противодействовать аномалии, нивелирующей все воздействия. Растрата энергии была признана неэффективной.

Юнит был переведен в режим наблюдения, одновременно пытаясь установить хоть какое-то подобие связи с основным кластером. В случае уничтожения этот Двигатель Эскалации должен был сделать все возможное, чтобы передать пакет данных.

Сдаешься, Бессильная Против Меня?

Рука Люцифера взметнулась, хватая Симург за горло. Безусловно, никакого вреда он причинить не мог, за отсутствием у Губителя каких-либо внутренних органов, но для Первого Ангела все было по иному.

Отвратительно.

Столь Низкое, Бездушное, Безвольное Подобие Образа Моего.

Его рука разжалась, и он пальцем провел по ее мраморно-бледному лицу, очерчивая губы, переходя на подбородок, шею, а затем уже и область груди, постепенно спускаясь все ниже и ниже.

Уничтожить Твою Сущность, Развполотить Тебя Во Имя Дитя Его…

Его палец замер где-то на уровне человеческого пупка. Он слегка надавил — и во все стороны брызнул ихор вперемешку с псевдоплотью.