Полудённое море

Настолько прекрасно, что Лета глубоко вдохнула и выдохнула со стоном, почти так же, как в объятиях Вадима...

Об этом стоило мечтать. К этому стоило стремиться. Ради этого можно было выдержать многое.

И как легко стало принимать решения, когда цель прояснилась, а язык неслепящего пламени потянулся навстречу...

Неловко становилось оттого, как люди вокруг старались... употребить Море внутрь. Лета не могла назвать это по-другому. То и дело в столовой во время обеда кто-нибудь выходил и просил хотя бы не пить морскую воду, потому что от этого пользы совершенно никакой нет, нет пользы, проверено, доказано.

Вода Полудённого Моря и правда была другой. После купаний никто не принимал пресный душ. Соль не жгла и не стягивала кожу — наоборот, действовала словно самый лучший крем. «Фотошоп», — сказал как-то Вадим, усмехаясь.

На себе Лета эффекта не слишком замечала, но все пожилые женщины на корабле сбросили, кажется, лет десять или даже двадцать. Некоторых она просто не узнавала при встрече.

Сама вода, как рассказывал Павел Григорьевич, теряет эти свойства, если вывезти её с полудня. Но гидробионты сохраняют эффективность надолго, и чем более высокоорганизован живой организм, тем сильнее эффект. Моллюски ценнее водорослей, рыба ценнее моллюсков.

— Коммерсы постоянно ищут здесь дельфинов, — сказал он как-то. — По расчётам, дельфинье мясо с полудня должно быть... Вы, Леточка, знаете японские легенды про мясо русалки?

Лета не знала.

— Оно дарит съевшему настолько долгую жизнь, что такая жизнь мало отличается от бессмертия, — поучительно сказал дедушка.

Лета зябко повела плечами. Она собралась ответить, но Павел Григорьевич заговорил снова:

— Кто-то считает, что сами эти легенды появились из-за того, что Полдень восходил в Японском море веке эдак в десятом. Не знаю, не знаю. Я склонен верить гипотезе, которая связывает появление Морей с переходом...