Жить нельзя умереть

— Представьте, что могло бы случиться, если бы сознание в один миг перенеслось из одной реальности в другую? Даже если реальности похожи друг на друга. Ведь последнее, что помнит сознание – это «умирание». Что тогда? — он выдержал паузу, удостоверился, что я размышляю на заданную им тему, и только тогда продолжил: — Каждому сознанию нужен безопасный переход. Радужный мост. Счастливый сон. Волшебное видение. Назвать это можно, как угодно. Суть остаётся одна: сознанию необходимо яркое впечатление, способное перекрыть «смерть» и стать благоприятной почвой для осознанного выбора своей новой жизни.

— Вы предлагаете мне работу создателя… эм… «посмертных видений»? — не то, чтобы я удивилась... я натурально обалдела.

— Если выражаться очень грубо, то да. Если выражаться более точно, то нет, — Виктор засмеялся и, видимо, пощадив меня и мой кипящий мозг, разъяснил: —  Вы будете тем, кто помогает человеческому сознанию создавать свои собственные «переходные миры» – места, где им будет приятнее и спокойнее всего хорошенько подумать и решить, куда двигаться дальше и чего им хочется в их дальнейшем пути развития сознания.

— Очень сложно. Жизнь меня к такому не готовила.

— Ещё бы. Давайте я приведу пример. Та художница со съедобными облаками после смерти долгое время находилась в просторном доме на краю мира, из её окна открывался вид на пейзажи, которые она рисовала последние шестьдесят лет: облачные деревья, пушистые реки, бесконечные рассветы и закаты и многое другое. Вокруг неё был привычный мир: и предметы быта, так необходимые ей для осознания какой-то реальности, и ожившие картины о мире её мечты.

Груз ответственности уверенно и решительно уложил свои лапищи на мои плечи и тяжело задышал в ухо. Образно выражаясь. Благо, никакого груза не материализовалось в буквальном смысле.

— А как я буду знать, что именно будет лучшим местом для такого важного решения? Выбирать мир, в котором человек будет жить свою следующую жизнь – это не то же самое, что выбирать, куда пойти на свидание.

— Когда ты смотрела их истории, ты же знала, что они чувствуют, думают и даже чего хотят, верно? — мой неуверенный кивок его удовлетворил. — Это твой рабочий инструмент.