Cбереги мой сон...

Из подъезда вылетела мать, и увидев своего сына живым и невредимым, а не распластанным по асфальту как сломанная кукла, охнула и принялась рыдать.

- Успокойтесь, - устало сказала Илга. - Возьмите мальчика.

Женщина словно очнулась, бережно приняла малыша из Илгиных рук и крепко прижала его к себе. Илга повернулась и пошла прочь. Предназначение было исполнено.

- Девушка, девушка, подождите, - услышала она голос сзади. - Да стойте вы.

За ней бежала мать мальчика.

- Я и не знаю, как вас благодарить, - сказала она, поравнявшись с Илгой.

- Вот, возьмите!

И протянула купюру. Илга молча взяла и отвернулась. Наверное, стоило бы смущаться, отказываться, рассказывать, что делала это не за деньги, а ради спасения ребенка. Но купюра означала нормальную еду, стирку в прачечной, и, может быть, даже ночь на чистых простынях в небольшом отельчике.Илга уходила и знала, что через несколько секунд где-то совсем далеко от этой жутковатой пятиэтажки с зелеными дверьми в холодном поту проснется молодая женщина. Бросится к кроватке сына и застанет его мирно спящим.

И будет пить на кухне успокоительное, радуясь, что это всего лишь кошмарный сон. Всего лишь сон...

-----------------------

Илга шла по лесной тропке медленно, оглядываясь вокруг, пытаясь запомнить, записать на кассету памяти этот удивительный день. Вокруг смеялось, танцевало, входило в самый разгар свой, лето. Илга ступала неторопливо, вдыхая аромат земляники, колокольчиков, сосновых игл и молодой листвы. В лесу не было ни души, и Илге начало казаться, что все это для нее: для нее поют птицы в кронах деревьев, летают крупные желтые бабочки, негромко стрекочут цикады.

Илга так давно не видела лета: не купалась, не загорала, не собирала цветов и не ела лесных ягод. Там, где она обычно просыпалась, не было ни солнца, просвечивающего сквозь листья деревьев, ни запаха свежей травы, ни синего, безоблачного неба - только снег, смог или вечная осень.

- Вот бы остаться здесь навсегда, - вздохнула она и тут же похолодела - Записка!Клочок бумаги привычно оказался в кармане потрепанных джинсов.

"Ну", - гласила надпись на нем. "Ты где? Река, срочно!"

Илга замерла на секунду и тут же рванула изо всех сил вперед. Она не слышала шума реки, не чувствовала запаха воды, но надеялась, что интуиция приведет ее куда нужно.

Девушка давно бежала по густому сосняку, пару раз запнувшись о корни, один раз ссадив о кору локоть и уже начинала впадать в отчаяние, как деревья расступились, и стальная водная гладь возникла перед ней.