Хирургическое вмешательство

Второй нож дался ему не в пример легче первого, но все равно вымотал подростка до полуобморока. Впрочем, сюда его бы так и так не позвали.

Разговор был серьезный.

Встревоженный рассказом Ксе, Ансэндар долго вслушивался в течения тонкого плана; на этот раз давление шло не из этой вероятностной вселенной, из другой — из родного мира стфари… узнав об этом, Менгра-Ргет закрыл глаза и долго сидел в неподвижности. Ксе ни о чем не спрашивал — он знал достаточно, чтобы догадаться. Позже по обрывочным репликам стфари он понял, что догадался верно.

Стихия все эти годы оставалась истонченной, а теперь снова начала таять. То, что смог сделать Ансэндар, сможет повторить Энгу.

— Зачем? — безнадежно спросил Менгра. — Зачем им это? Мы ушли. Мы отдали им землю, что им еще надо?

— Мы не отдали землю, — сказал Анса, — мы ее оставили. Она осталась ничьей. Когда по лесу пускают пал, лес умирает, но земля становится плодородной от пепла. А мы забрали лес с собой, вместе с корнями, ручьями, почвой. Оставили им голый камень.

— Почему ты не сказал мне этого раньше?

— Я и сейчас не уверен, что это именно так. Такого раньше не делалось. Но думаю, что голая земля… неприветлива. Здесь возникла аномалия — почему бы не возникнуть и там чему-то подобному?

— А что им было нужно? — спросил Ксе. — Земля?

Менгра скривил рот.

— Нефть, — сказал он. — Золото. Руды. Земли Стфари похожи на Россию. Там, у нас, не успели еще так присосаться к нефти, как в вашем мире, но дело к тому идет, и нкераиз в нем первые.

— А теперь, выходит… — вздохнул Анса.

— Теперь, выходит, им нужен наш пепел, — закончил вождь-кузнец и отошел от окна. — Хотел бы я знать, что подумает об этом ваша власть…

Ксе даже вообразить не мог. Потом поразмыслил — и понял, что вполне может. Вся эта история с параллельными мирами с точки зрения официальных органов выглядела сущей фантасмагорией. Опыта обращения с фантасмагориями никто не имел, принимать оперативные решения было некому. Если взглянуть на ситуацию здраво, становилось ясно, что со стфари решили поступить в соответствии с древней национальной традицией — положиться на авось и на то, что все как-нибудь само собой утрясется.

До сих пор.