Хирургическое вмешательство

Вульгарно выражаясь, два параллельных мира зацепились друг за друга. Это часто происходит, но контакт длится доли секунды, а в тот момент он продолжался несколько часов, и был громадный разрыв пространства. За это время сюда успели пройти стфари. Можно было бы подозревать их, но у них наука на уровне начала двадцатого века, в сельской местности и электричества-то нет, не то что чего-нибудь этакого…

— В общем, не знаешь, — грустно и необидно заключила Алиса. — Никак не тянут стфари на причину, Даня…

— Следствие, — покорно согласился он.

Ворона помолчала, по-птичьи склонив голову к плечу.

— Что-то мне говорит, что и не следствие даже, — пробормотала она. — Так… побочный эффект…

— Ой-ёох!

Даниль вздрогнул от неожиданности и круглыми глазами уставился на проснувшуюся Надю.

— Да налей третью кружку! — засмеялась Алиса, подергав его за рубашку, и обернулась к женщине: — Не волнуйтесь, Надя. Сейчас все хорошо.

— Что это я, — пролепетала та, подымаясь и оглядываясь, — заснула, что ли…

— Вы были очень больны, — мягко объяснила Воронецкая.

— Я врач и не могла оставить вас без помощи. Теперь вы еще не совсем здоровы, но скоро выздоровеете.

— Алиса Викторовна!.. — в голосе Нади прорезались прежние безумные нотки. — Что же… как же… я же…

— Не волнуйтесь. Я слушаю. — Ворона откинулась на спинку кресла, сплела пальцы в замок. — Выпейте чаю.

— Я же, — чуть не плача, прошептала женщина, безропотно принимая в ладони чашку, — совсем не о том приехала…

— Я знаю, — кивнула Ворона и доверительно сказала.

— Тут, в институте, никого не лечат. У нас есть особая охрана… как бы это сказать — особые духи. Если посторонний человек пытается проникнуть сюда, чтобы просить чудесного исцеления или предлагать деньги — его не пустят. Вас пустили. Теперь я готова вас выслушать. Я просто не могла вас оставить в таком состоянии.

— Я вас по телевизору видела, — растерянно проговорила Надя.

— Я знаю. Сядьте, что же вы…

Она послушно села и сложила руки на коленях.

Даниль выпрямился рядом с креслом Вороны, чувствуя себя кем-то вроде придворного при королеве: это было немного пафосно, но забавно.

— Вы ведь из самых главных, — робко сказала Надя. Воронецкая ласково засмеялась:

— Ну, можно и так сказать.

— Алиса Викторовна… — прошептала женщина, собираясь с духом. — Что ж это творится? Мне медсестричка про аномалию рассказала. Ровно Чернобыль какой… а никто и не чешется.