На неведомых тропинках. Сквозь чащу

И все же… замок стал местом где, мне давали передышку, кратную, иногда болезненную, но такую нужную.

Просторная спальня с шелковыми гобеленами, вышитыми картинами, с большой кроватью и… белым туалетным столиком напротив.

Святые, еще минуту назад его здесь не было. Как не было и час назад и день и два…

Я подошла к гуляющей мебели, провела ладонями по столешнице, словно не в силах поверить в то, что вижу, словно мне нужно не только видеть, но и коснуться шероховатой поверхности, вырезанного орнамента, прохладных металлических колец-ручек.

Они были там, перекатываясь по широкому дну, чуть звякая железом. Стилет, изогнутый нож, атам Раады – мое оружие. Я дотронулась до серебряного лезвия

– Где ты был, когда я в тебе нуждалась? – сперва с губ сорвался лишь шепот, – Где? – а затем крик, – Где? – я выдернула ящик из пазов.

Вылетевшие ножи упали, глухо стукнувшись о ковер. Злость пришла настолько неожиданно, что я даже не успела осознать, что делаю и зачем. Дернула рукой и, размахнувшись, ударила ящиком о серую стену.

– Где? – продолжала спрашивать я, ударяя снова, боковая стенка треснула, – Где, черт возьми? – еще удар, дно раскололось, – Где?

Ящик, любовно восстановленный Борисом, распался словно картонный, но я продолжала в исступлении бить фасадом и камень. В первый раз я поверила, пусть неживому существу, в первый раз ждала помощи, и испугалась не получив ее. Проще всего было обвинять обычную деревяшку в том, что случилось в Желтой цитадели, в страхе, который испытала, в неспособности взять в руки оружие и дать сдачи.

– Он не может пройти сквозь стены цитадели. Любой цитадели, кроме этой, – раздался спокойный голос.

Пальцы разжались, остатки ящика упали на пол. В спальню, как всегда неслышно, вошел Кирилл. Таким, как я его помнила, таким, как хотела помнить, в домашних спортивных брюках, в белой майке и с чуть взъерошенными, словно после сна, волосами.

– Истерика? – он поддел ногой остатки деревянного ящика.

– Да. Смотреть необязательно, – глазам стало горячо, сама не знаю почему. Меньше всего мне хотелось лить слезы перед этим мужчиной. – Знаешь, как вернуть Юково? – только чтобы не молчать, спросила я, затягивая концы кушака на халате, – Ты вытянул из того человека… он сказал, как… – я терялась в словах, в наскакивающих друг на друга мыслях, в его прозрачных глазах.

– Пока нет. Я не открывал его. Не стал, – он развел руками и сел на кровать.