"Патрик Леруа"

       - Правда твоя, - полицейский потирал руки, будто у него сильно болели пальцы, хотя может, и правда суставы ныли от холода. - Но вначале вскроем ещё один гроб.

       - Так до рассвета провозимся…

       - Спокойно, это же склеп де Ризо, надо просто сбить пару замков. А людей я тебе за час соберу.

* * *

       В сиреневой гостиной всё было как раньше. Как хотелось мадам де Бенаж.

       Моды за треть века поменялись, и уже не было на дамах ни страусовых перьев, ни такого слоя белил и румян, густо усеянных мушками, как до Революции; но у дверей вытянулись во фрунт лакеи, и  общество гостей было подобающим, без тени республиканства.

       Падре вдохновенно, хоть и вполголоса,  рассуждал о том, как трудно приводить в лоно церкви катакомбных отступников – хоть помазанник божий уже несколько лет законно правит страной, и все храмы открыты для верующих, но люди упорно собираются по подвалам и сараям.

       - У них нет веры… в Церковь, - вздохнула Сильвия, и чуть усмехнувшись, добавила:

        - Многие помнят, как легко некоторые монахи снимали сутану и обзаводились семьями, а то и шли в трибуналы. А другие убегали из страны.

       - Но теперь с нами остались те, кто никуда не убежит, - твердо ответил падре.

       - Мадам! – вскрикнул лакей, возмущенно отшатнувшись от распахнувшихся дверей.

       Раскрасневшаяся физиономия мэтра Гийома, немного растерянные лица его подручных,  всегдашний постный взгляд Леруа.

       - Обыск!! – мэтр размахивал бумагой за собственноручной подписью.

       Братья хозяйки замка быстро поднялись и встали по обе стороны от её кресла.

       Между тем полицейские бросились открывать ящики, отодвигать мебель, срывать обивку. У некоторых в руках были кирки, и они без промедления пустили их в ход.

       - Остановитесь, дети мои! – начал падре, но мэтр Гийом угостил его тяжелым взглядом, и падре вжался в кресло.