"Патрик Леруа"

Ростовщик прикинул в уме, не стоит ли сейчас выставить инспектора, чтобы выиграть пару часов времени, но потом заполучить в свою контору вполне официальных гостей – полицейских и бухгалтеров. Решил, что лучше и быстрей будет рассказать Леруа все, о чем тот хочет узнать.

Довольно быстро инспектор вызнал всю подноготную бывшего драгуна Голландской республики, Бенедикта Рошауэра. Она воевал куда удачнее Леруа:  в том смысле, что его полк не бросали в мясорубку. Бавария, Пруссия, Австрия, Гессен, - но всегда в гарнизонах и на посылках.

Вся эта болтовня больше отвлекала от бумаг, чем сообщала сведений - для того ростовщик и болтал без умолку, - но что-то полезное установить удалось. Мелкие суммы, умеренные проценты, тощая клиентура. Здесь наверняка были следы подлогов, но ростовщик, не смотря на свой почти великанский рост, был мелким хищником.

Разорят лавочника или вышибать из него такую сумму простым способом, как подложный вексель, было рискованно. К тому же, требовались услуги нотариуса – вексель был заверен.

И тихий шорох бумаги, намек от Справедливости, не становился громче и не умолкал.

В Леруа медленно просыпался охотничий азарт. Разобраться в делах Муазеле требовалось в любом случае: раз уж лавочнику случалось помогать Леруа, лучше убедиться в его надежности. Но такое вот шуршание, ни рыба, ни мясо, без явных несчастий и убийств, порождало все больше вопросов.

Следующим утром Леруа навестил нотариуса, у которого оформлялась сделка. Этим достойным господином оказался двоюродный брат Рошауэра. Другая фамилия, но несомненное сходство лица; пяти минут расспросов хватило, чтобы подтвердить догадку. И тот же шорох из угла вдобавок к  легкому покалыванию в пальцах.

Если эти двое начали работать с фальшивыми бумагами, то дело плохо. Их не взять.

Тогда Леруа впервые подумал о «brigade de suretе». Там все были помешаны на провокациях: сделали бы подставку, и эти двое…

Но нет. Эта любовь к провокациям слишком далеко заходила в «de suretе». Придется самому.

Инспектор ломал голову до самого вечера, пока не сообразил, что упускает очевиднейшую деталь - самого наводчика. То есть сообщника из дома Муазеле.