"Патрик Леруа"

- Бернар!

Наверное, проще вытащить тесто из кадки, использую лишь ложку, чем выдавить наружу такую толпу. Но Эжени стала кричать «Душно!», Бернар «Все вон!», а Леруа «Расследование!».

В три минуты и несколько энергичных толчков - они выставили остальных за дверь.

Марк, как ни странно, встал и вышел со всеми.

- Сколько дней поисков, и напрасно, и все вот так страшно закончилось, инспектор, вы же лучший в Париже или на какой помойке вы там работаете - но должны быть лучшим, - Эжени задыхалась от скороговорки, ей не хватало воздуху, хладнокровие изменило этой рассудительной женщине, и Бернар, который чудом сохранял сухие глаза, обнял её за плечи.

Леруа начал осмотр.

- Синяки еще не проступили бы, но ссадин точно нет. Под ногтями чисто, - он вслух комментировал свои действия. - Волосы.

- Оставьте её волосы, любезнейший, ну вам-то какое дело до этих волос, - Эжени никак не могла успокоиться.

Изуродованная багрово-синим отеком голова Орелин лежала на пышных волосах, как на золотой подушке.

- Аккуратно, быстро.

Ага, её ударили чем-то по затылку, видите, тут след.

Бернар подошел, неохотно глянул. Это не был след от чего-то острого, никаких порезов, но было ясно.

- Может, ударили тело, когда снимали второпях и укладывали на постель? И когда вообще это случилось, тело же еще не остыло. 

- Кстати, о сроках, - инспектору пришлось сделать над собой усилие, он приоткрыл один глаз покойницы и сдавил его двумя пальцами. Зрачок под нажимом сузился, стал «кошачьим». - Прошло полчаса. Скажем четверть часа на общий крик и беспорядок.

Выходит, все случилось за четверть часа до того, как её увидел Марк.

Инспектор вдруг осознал, что если он не прекратит, то Бернар кинется на него с кулаками и, очень возможно, попытается убить. Закрыл остекленевшие глаза с точками кровоизлияний и отступил на шаг от тела.

- Прочий осмотр бессмысленен. Будь тут борьба, она бы кричала.

Леруа перешел к веревке.

Длинный, с три полных человеческих роста, тонкий шелковый шнурок, кажется, связанный из нескольких, покороче.

Будь он толще, его невозможно было бы спрятать. Но к чему его привязали? Металлическая кровать с двумя столбиками у изголовья, и оба должны были быть с латунными шариками, но одного шарика не хватало. Уцелевший столбик и стал каким-то подобием катушки - шнур был намотан на него.

- Эти витки. Посмотрите. Из тут больше дюжины, все очень аккуратно, - Леруа поднял голову, его глаза больше, чем когда-либо, напоминали запыленное стекло. -  Непонятно.