"Патрик Леруа"

А у лакейских туфлей войлочная подошва. Старый трюк – проще всего поменять привычные вещи. Лишь бы те сохраняли свой внешний облик. Идём дальше…

Новая записка.

- Лесток посчитал, что теперь он будет удачлив. Карточный выигрыш, увеличение прибылей. Но удача это одно, а любовь – совсем другое. Он зарезал содержанку, думаю, из-за какой-то пустячной ссоры, и полиция не смогла его взять лишь потому, что совершенно посторонний человек, очень на него похожий, вышел из того же дома за час до того, как девушку в последний раз видели живой.

Господину коммерсанту не задавали никаких неудобных вопросов.

- Вы встретились с этим человеком?

Леруа посмотрел на председателя, как на капризного ребенка. Новая клякса.

- Потом – Гавр. Я узнал, что от страховщиков Лесток получил всего две тысячи. Еще три месяца назад он был почти банкрот, перезаложил дом, даже часы. Зато сейчас он собирается утопить свой корабль уже по страховке, двойное мошенничество с грузом. И мне только чудом удалось добыть документы.

 - А бедняга Рош? Он что-то узнал?

- Понятия не имею.

Но у меня есть чрезвычайно сильная косвенная улика против Лестока – я нашел столяра, которому Лесток заказал колесо. А ещё – в ночь пожара он не ночевал дома.

- Он же сказал…

- Именно. Сказал.  – Леруа помолчал, - Я не знаю, как у вас там вертится настоящее колесо, но с приездом англичан фальшивка бы раскрылась. Да и так каждый лишний день увеличивал риск разоблачения. Поджог это единственное, что ему оставалось. И он наверняка колебался с ним больше, чем с убийством, потому что это отдельный мирок, в котором он привык существовать.

Так бывает, когда шулер готов зарезать напарника, но не сдаст притон.

- Сегодня здесь соберутся все, - председатель скрипел пером. - Мы решим, что делать.

- Эти записки рассылайте с надежными людьми, а им дайте приказ, чтобы, окажись Лесток в гостях у получателя послания, говорили бы что угодно, но про «изоляцию» Лестока промолчали.

***

Последние винные бочки вынесли пару часов назад. Теперь подвал – с крестчатыми кирпичными сводами, с холодом и тремя дюжинами сальных свечей, – стал временным местом сбора и складом уцелевших в пожаре деталей.

За длинным, плохо оструганным столом сидели недоумевающие англичане  и все те же члены клуба, что и в тот раз,когда Ютен объявил, что смерть Мориса Роша была убийством.

 Отсутствие Лестока бросалось в глаза. 

- Итак, господа, я надеялся, что расследование приведет к третьим лицам, но тут все предельно ясно.