Obscure

Никаких.

Лежа на кровати, я вспоминал свои школьные дни. Не сказать, что они были все идеальны. Как я уже говорил, я не отличался особыми талантами. И можно сказать неуклюжим, я это всегда понимал. Самым ярким воспоминанием, пожалуй, был святочный бал. Как же я тогда не облажался, до сих пор не верится! А еще первый курс — не самый приятный. Рука невольно зачесалась, будто намекая мне о пережитом. И самое лучшее — уроки в «выручай комнате». Еще битва в отделе тайн. Да уж, как мы тогда пошли за Гарри прямо в гущу опасных событий.

НО. Это было правильно. Кто-то должен был действовать. И я ждал встречи с ними в Хогвартсе, но их нет. Помнится, за эти каникулы я, наверное, сто раз проверял волшебный галеон: вдруг Гарри объявит сбор Отряда? На такой ноте я и уснул.

Проснувшись где-то под вечер, я спустился вниз. Тот же старик весело подмигнул мне и предложил медовое пиво с грибной похлебкой. Я отказываться не стал. Галдеж стал немного громче. Народу было заметно больше. Но все вели себя как-то тихо и осторожно.

По редким обрывкам из разговора я узнал, что в Министерстве черт знает что творится. Зато по улицам уже ходили отряды и патрули так называемых ищеек. И все в один ряд твердили, лучше не попадаться им на глаза.

Отправляя в рот ложку похлебки, я сидел и осматривался. Я вглядывался в людей и видел на их лицах то же, что и у меня — никакой надежды на завтрашний день. Все чувствовали что, что-то незримо меняется и отнюдь не в хорошую сторону. Иногда проскальзывали слова о страшных деяниях, мол люди начали пропадать в большом количестве.

В конце ужина в паб вошел курьер. Молодой конопатый парнишка поставил кипу газет и листовок на стойку рядом с кассой бара. Старик бармен явно знал парнишку и буднично поприветствовал его. Покопавшись у себя, бросил парнишке оплату. Отсалютовав, тот поспешно покинул заведение.

— Слышь, парень, — обратился ко мне бармен. — Не хочешь? Свежий номер «пророка».

— Но сегодня же воскресенье… — не понял я, ведь новый выпуск выходил по понедельникам.

— Аха! — издал он радостный восклик. — Ты понюхай! Это свежий, только из машинки.

— Том, оставь мне один! — раздались крики с других столиков.

— И мне!

— Да!

Оказывается, его зовут Том и он покупал газету в минуту выхода, сразу из-под станка как говорится. Он упомянул, что у него свой человек в издательстве и он за определенную сумму делился с ним несколькими экземплярами.