Obscure

Она обвила шею мужчины руками и трепала его идеально прилизанную прическу. В каждом ее движении чувствовалась агрессия и напор, перед которыми джентльменские манеры Герингера отступили, давая взять вверх животному началу. Отвечая на горячие поцелуи, он жадно исследовал своими руками тело пожирательницы смерти. Больно схватив ягодицы Лестрейндж, он поднял её и усадил на стол. Пустая бутылка благополучно полетела на пол вместе с блюдцем и бокалами. Подобное действие мужчины понравились женщине и она, извиваясь в его руках, протягивала стоны, которые переходили в крик, когда он жестко брал её прямо на её столе.

Те, из единицы верных пожирателям смерти людей, кто были назначены в помощь Беллатрисе для полноценной работы Отдела, на утро делали вид, что ничего не слышали из кабинета вышеупомянутой. Парочка обуреваемая пылающей страстью даже не удосужилась озаботиться о том, что их могут услышать чужие уши. В конце концов, они чувствовали себя абсолютными хозяевами.

***

Понимаете, я себе представляла, как мои маленькие «голоса» играют вечером в огромном поле, во ржи.

Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаете? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Ведь, они играют и не видят, куда бегут, а тут подбегаю я и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь моих «ребят» над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Чего я всегда делала… Но однажды не смогла. Не смогла поймать Энн. И я постараюсь, чтобы с Эсхель не случилось подобное. Я обещаю… Не к месту вспомнила я давнее обещание самой себе.

В экстренных ситуациях мозг как правило работает на изнурение, обрабатывая тонны информации, перегружая нервную систему. Таким образом я попала в «комнату» Эсхель. Чтобы дать себе шанс вырваться из лап того ублюдка, я должна была освободить Эсхель от удерживающих её цепей. В то же время я прекрасно понимала, что последствия будут весьма фатальными, но другого выхода нет.

Её комната представляла собой обычную не очень презентабельную квартиру в трущобах Англии, обставленную всяким хламом. Я отчетливо ощущала запах ванили и шоколада. По периметру у стен стояли морозильные камеры, доверху наполненные мороженым. Желание попробовать лакомство, перебило нехватка времени. Мое внимание приковал телевизор в центре комнаты. Кажется, благодаря ему она могла видеть то, что вижу я.