Последние рыцари с улицы Геологической

Всех наших родителей…»

— Ребят, — скомандовал Гарик, — ушли.

Пришлось Фантазии закончить и спрятать планшет под диван.

По лестнице, по этажам они крались как тени, стараясь не шуметь.

По двору гулял ветер, скрипел качелями, гонял пустые пакеты в воздухе. А так пусто, только жутко, будто в фильм ужасов попали. В парке, заброшенном и грязном, деревья-великаны раскидали по земле свои ветки, мешали проходу. Серый пух при каждом их шаге поднимался вверх и хрустел. Будто кости.

Первым бежал Лёва, за ним Валя. Гарик замыкал, подгонял друзей.

Потихоньку светлело, небо на востоке становилось серым. Где-то там, словно из недр земли, выбиралось солнце, прогрызало себе путь наружу.

Вот и главный проспект. Магазины с разбитыми витринами. Машины, похожие на выпотрошенных зверей. Вдалеке блестят двери метро.

— До перекрёстка, — скомандовал Лёва, — там сворачиваем к цирку.

Звуки шагов разносились далеко вперёд. И не покидало чувство, что затаился кто-то в тёмных витринах. Чудились тут и там чугунные морды.

Неприятность ждала за углом.

Улица, ведущая к цирку, была перекопана. Впереди темнела яма, глубокая, заполненная водой. Видимо, по весне ещё вырыли. Такую не перейти, не переплыть.

— Нет, — пробормотал Лёва, — нет, нет, нет…

— В обход давай, — подсказал Гарик, — на следующем перекрёстке. Крюк сделаем. Но покауспеваем.

Лёва первым сорвался с места, перебежал дорогу. Застыл у дверей метро. Обернулся, Валя стоял на другой стороне. Гарик тоже замер, оглядываясь по сторонам.

— Слышите? Грохот? Кто-то… сюда едет!

Тишину разорвал визг тормозов, шум мотора и сигнал клаксона.

Сумерки разогнал свет фар, и машина, появившись из-за поворота, серебряной стрелой неслась по улице. Прямо на них.

— В метро! — закричал Лёва, толкнул дверь плечом, пулей влетел внутрь. По инерции пробежал немного, только потом оглянулся. Друзей не было.

— Чёрт, чёрт!

Он шагнул обратно, собрал всю злость в кулак и уже готовился закричать, когда стеклянные двери метро с грохотом распахнулись.

Внутрь ворвались хрипуны.

 

…Выбирай удачный час.Гарик Гимнаст считал, что характер каждого человека можно описать всего одним словом. Себя называл смелым. Друзья твердили, что он попросту упрямый.

Именно упрямство и стало причиной его исключения из Олимпийской школы. Тренер говорил, что нужно делать так, а Гарик делал по-своему. Тренер его ругал, а он не слушал. Тогда тренер гимнаста отстранил, а тот обозвал его мудаком. Гарику указали на дверь, сказали, чтобы не возвращался.