Волшебная кофейня.

Бессильный, в облике простого кота, он долгие месяцы скитался по земле, голодал, видел людскую жестокость и доброту, горе и радость, много раз мечтал о смерти, но не мог умереть. На исходе десятого месяца его подобрала на улице добрая женщина, принесла домой, отмыла и накормила. У нее были три маленькие дочки, которые его просто обожали, играли с ним, втихаря отдавали самые лакомые кусочки со своих тарелок, а по вечерам, сидя у очага расчесывали его шерсть. И он отогрелся сердцем, полюбил эту семью и весь наш мир, так что, когда вновь пришел Самайн, он не захотел уходить во тьму, возвращать свои силы.

— Вот так он и оказался здесь, — закончила свой рассказ Диана, — Характер у него конечно не сахар, но он не злой, только когда к нему на язык случайно попадает алкоголь, проявляются отголоски демонической сущности. Больших сил конечно нет, так, слегка трансформируется облик, ну и может насылать маленькие гадкие иллюзии.

— И ничего не гадкие! — послышался голос кота откуда-то сверху.

Мы подняли головы, и увидели Левиафана, который шел…по потолку! Его шерсть стала красноватой, на голове появилась пара небольших черных рожек, глаза увеличились в размере, и стали черными.

— Фаник, милый, — ласково позвала Диана, осторожно вставая из-за стола, — А где ты нашел выпивку, мой хороший?

— А я и не пил, — нагло заявил котяра, спрыгнул на стол, и посмотрев на Артема добавил, — Я только конфетки съел, которые этот жмот припрятал на верхней полке.

— Ох, ё! — схватился за голову Темка, — Они ж с коньяком! И там не капелька, как в магазинных. Друг кондитер принес на пробу, — пояснил он для нас, — Полая оболочка из чистейшего темного шоколада, а внутри дорогой коньяк!

— Да тем количеством можно было нажраться в мясо, ты, проглот пушистый! — прокричал он и кинулся к Левиафану.

Тот начал убегать по стенам, и на ходу умудрился показать язык, затем влетел на кухню и оттуда послышался страшный грохот.

— И как его теперь остановить? — почти прокричала я, пытаясь заглушить кухонные бои без правил.

— Или подождать, пока протрезвеет, — громко ответила Диана, — Но это долго, он все вокруг разнесет! Придется звать сирену, чтобы успокоила его.

— Сирены существуют? — у меня отвисла челюсть.

— Не в таком виде, как ты думаешь, — засмеялась она в ответ, — Никаких рыбьих хвостов и загубленных моряков.