Салли Шеппард, демонолог и другие

И обнаружили, что в холодных ручьях прекрасно ловится не только лосось, но и маленькие крупинки желтого металла, больше известного, как золото.

Нет, поначалу все было по-честному: люди предложили голованам добывать золото и продавать им. Вот только в больших головах находились не менее большие мозги. Это, разумеется, не означало, что голованы умнее людей. Они просто лучше считали. Намного лучше.

Быстро подсчитав, голованы установили, что цена, которую люди предлагают им за золото, конечно, честная, бесспорно: она честнейшим образом говорит о том, что люди считают голованов грибами.

Голованы, которые воинственным народом не были никогда, вежливо объяснили людям, куда им следует идти с такими ценами. А именно: домой, за деньгами. И назвали свою цену, которая была несколько побольше предложенной людьми, но позволяла людям получить некоторую прибыль. К сожалению, люди не хотели некоторую, они хотели прибыль огромную. И в горные долины голованов пришли войска.

Трудно сказать, чем бы закончилось дело, если бы у золотых ручьев жил другой народ... Но голованы быстро посчитали, что вести войну для них в любом случае будет менее выгодно, чем сдаться сразу. И сдались. Собрали вещи, жен и детей и уехали.

Прошло совсем немного времени и выяснилось, что золото в Казеумовых горах закончилось. Зато в руководстве каждого банка сидят невысокие существа с огромными головами и больщущими золотистыми глазами, в которых как будто отражается весь блеск отобранного у них золота.

Голованы внезапно поняли, что больше всего им нравится считать деньги. А считают они лучше людей. Намного лучше.

С тех пор всеми банками начали ведать исключительно голованы, людям с ними было не тягаться.

Прошло две тысячи лет.

Ничего не поменялось.

***

- Господин Гроссеташ, - прокуратор коротко поклонился головану в бархатном зеленом костюме, - Это наши эксперты. Вы позволите им ознакомиться с местом преступления?

Голован тоскливо вздохнул и кивнул.

- Пройдемте, - тихим шелестящим голосом произнес Гроссеташ.

Дубовые двери банка распахнулись.

Внутри, в зале под огромным сводчатым потолком, было непривычно тихо и безлюдно.