Наследие вороны

Она с меланхоличным видом сидела на разбитых ступеньках и крутила в руках одну из садовых роз. Длинные шипы впивались в тонкие пальцы, кровь стекала по ладоням и запястьям, теряясь в широких рукавах.

Сильвира редко говорила «просто так», из еë слов чаще всего складывалась загадка, разбираться с которой обязательно приходилось самой.

— Почему?

— Розы, — Сильвира поправила выбившуюся из косы прядь, — впитывают в себя окружение, когда растут. Если впитают боль и скорбь, они могут сами стать чудовищами.

Сказала и смяла бутон в ладони.

Лепестки почернели, сморщились и осыпались кучкой пепла.

— Сильв, у тебя руки в порезах, заразишься.

— А? — Сильвира вздрогнула, будто проснулась. — Ничего, Фло, потом вылечусь. Меня не убить так просто, помнишь?

Флоренс подошла, села на ту же ступеньку и взяла еë за измазанную пеплом руку. Раньше они уже сидели так, тогда Сильв трепала еë волосы, пила какао со сливками и рассказывала про призраков и проклятия. Теперь позиции поменялись.

— Но тебя можно ранить.

Это я тоже помню. Что случилось?

— Это... Мой дом. Здесь много прóклятых вещей, опасное местечко.

— Тогда Марку нельзя здесь быть! — всполошилась Флоренс.

— Ты так думаешь, сестра?

— Тут же опасно! Если только... Надо посмотреть картину. Выпусти меня, Сильв.

Сильвира кивнула, но, прежде чем открыть врата, поднялась и большими пальцами коснулась висков Флоренс. По телу разлился приятный холодок.

Возвращение в сад стало новым ударом под дых, но теперь, с чарами Сильвиры, гораздо слабее.

Фло замерла, положив руки на плечи Марку, в паре дюймов от его лица. Она не видела его глаз и чуть покрасневшиз щëк, в голове снова вспыхнули чëрные свечи.

— Чудесное место, да, Фло? — услышала она через треск пламени в голове. — Эти цветы тоже шепчут, зовут... Ты их слышишь?

«Ещë б ты эту гадость слушала! Ага! Но ему скажи, что слышишь».

«Сильв! Ты вернулась!»

«Ага. Старушек иногда одолевает меланхолия, но это проходит. Слушай, мальчик почти того».

Флоренс видела это. Его измождëнное била дрожь, он пытался высвободиться из объятий, отступить.

Ещë шаг назад, и Марк повалился бы в бордовое море роз, которые с готовностью выставили длинные шипы. Ещë немного, и они проткнут его насквозь и вытянут жизнь по капле.

— Да, слышу. Они зовут к себе, тянут зайти и насладиться ароматом.

— Да... Всë так, Фло...

— Но прислушайся и ко мне, Марк.

Флоренс приподнялась на цыпочках и поцеловала его в сухие обветренные губы с горьким привкусом лекарств.