ДЖА

На дальней полке я разглядел тлеющую ароматическую палочку, вставленную в лампадку из тёмного металла. К потолку струилась тонкая струйка дыма. Мне подумалось, что как-раз это и было источником столь примечательного запаха. За дымной пеленой я разглядел портрет, с него смотрела прекрасная узколицая дева с огромными глазами. Украшенный цветными камнями железный венок из кованного металла сдерживал буйство тёмных кудрей. Угол портрета был увенчан чёрной, явно траурной лентой.

— Это… — не в силах подобрать слова, я указал пальцем в его сторону.

— Это ароматическая свеча, спасает от запаха мертвечины, — неожиданно ответил скрипучий старческий голос. Тут я заметил, что в кресле в углу гостиной был кто-то ещё. Во мраке зашевелилась аморфная фигура и я разглядел укутанную в чёрные платки старуху со сморщенным и тёмным как печёная картошка лицом.

— А на портрете — Джа. Она погибла, вернее, её убили.

— Что ты такое говоришь, мама! – вскрикнула женщина гортанным голосом и всплеснула руками с растопыренными пальцами, как будто попыталась снять с головы невидимую паутину.

— Мы очень древний и малочисленный народ, — не обратив внимания на дочь, продолжила старуха, — нас осталось всего четверо, вернее трое с половиной. Джа – наша принцесса. Она уже не живая, но и не мертвая. Чтобы перейти в другой мир ей нужны семь спутников, а восьмой станет её принцем. Тогда наша бедная Джа обретёт покой в ином царствии. К нам она прийти уже не в силах, поэтому прислала тебя, как вестника между мирами.

Я заметил, что с морщинистого лица древней старухи на меня смотрела пара очень живых и цепких тёмно-карих глаз. Не выдержав её взгляда, я отвел взгляд на блюдо с пловом. Внезапно вместо сухофрукта я рассмотрел в нем человеческий палец с траурной каёмкой грязного ногтя, а изюм превратился в мертвых мух. Тяжелый ком подкатился к горлу. Я вскочил из-за стола, схватил в прихожей свои кроссовки и, не обуваясь, выбежал в коридор.

—Вот ведь приличный с виду паренек, и то ж, гляди, как быстро нажрался. Куда ж эта страна катится-то?! —покачивая головой, сказала вышедшая вслед за мной бабка-вахтерша.

Выбравшись на дорожку, я обессилено присел на скамейку и натянул кроссовки.