Видение Кассандры

– И сколько нужно уничтожить этого отребья, чтоб мне разрешили аудиенцию? Я же могу продолжить уничтожать тут все и после рассвета, моя профессия это позволяет.

Следователь сделал движение руками, и грузик кистеня легко ударился о ребра ближнего скелета, не причиняя тому повреждений. Тем временем из темноты вынырнул скрюченный, полуразложившийся труп.

– Александр, – заговорил он, хрипя и кашляя, – простите, это стандартные охранные скелеты, что-то типа сигнализации. Я отвлекся, и они сработали на вас. Конечно же, вам можно получить аудиенцию.

Проходите, пожалуйста.

Зомби коряво махнул рукой, и скелеты повалились на землю разрозненными костями, словно змейка из домино. И примерно с таким же стуком. А Ядов проследовал за подручным. Дорогу он знал прекрасно, но таковы тут были традиции. Пришедшего должно было сопроводить и представить. Это не обсуждалось. Даже с учетом их давнего знакомства с князем Изявитом. На заре деятельности Александра произошла серия неприятных событий, при которой ему приходилось мотаться на это кладбище, чуть не каждый день.

Но это совсем другая история, и вспоминать ее он не любил, и мы не будем.

Перед склепом зомби остановился.

– Палач Вертепска Александр Ядов! – прокричала нежить своим каркающе-хрипящим голосом и сделала шаг в сторону, освобождая проход. – Проходите, вас ждут.

Сыщик направился внутрь склепа. Усыпальница была построена очень давно и, надо признаться, уже устарела к этому моменту. Ее, конечно, ремонтировали время от времени, латали, но близость земли и постоянная сырость делали свою работу, приводя крипту потихоньку в негодность.

Это где-то в пустыне пирамиды стоят много тысяч лет или на севере, а в наших средних широтах влажность уничтожает все что можно. Но, надо признаться, обитателям данного строения были безразличны условия жизни. Влажность, плесень, фасад начал обваливаться? Это все суета в тихом плеске веков.

Между пятью усыпальницами стоял трон, на котором восседал Изявит. Говорят, и в других гробах еще теплилась жизнь, но Александр этого не знал точно, он имел дело на протяжении всех его лет жизни исключительно с Изявитом.

– Доброй ночи, князь, – поклонился, входя, Александр.

– И тебе, смертный, не хворать, – скрипучим голосом ответил сидевший на троне.

Ядов уже давно привык к голосам нежити. Из-за тления плоти изменялись голосовые связки, и человеческая речь с каждым годом все хуже давалась как самому князю-личу, так и его подданным.