Дитя Меконга

И лишь одна из них, та, что расположена в самом конце, ведёт не в жилые комнаты, а в общую душевую.

Тонг зажмуривается, отгоняя слишком уж чёткую картинку перед глазами, и едва не пропускает ответ женщины.

— Здесь будет удобно. Так о чём вы хотели поговорить, Кхун Тонг?

— Могу ли и я попросить меня так не называть, тётушка?

— Нет, — с улыбкой отзывается та и Тонг на мгновение снова прикрывает глаза, мысленно прося у неё прощения за то, что ему придётся эту улыбку стереть, а потом и извиняется вслух, потому что иначе у него не получается.

— Заранее прошу меня простить, если причиню вам неудобство, я видел, как вы отреагировали на имя, что я произнёс тогда за завтраком...

Тонг видит, как меняется в лице женщина, как она, выпрямившись, замирает, будто превращаясь в статую, однако отступать... Он приехал сюда за ответами и намерен их получить.

— Расскажите мне о Кхеме, тётушка. Пожалуйста.

* * *

— В какую игру вы играете, Кхун Тонг?

Несмотря на ситуацию, она всё ещё ведёт себя вежливо, будто иначе уже не умеет.

Лишь меняется в лице ещё больше. Тонг почти сожалеет, что поднял эту тему, что вообще пришёл сегодня сюда, однако... Желание узнать, почему он видит прошлое Кхема, оказывается сильнее этого сожаления, как и желание понять: мальчик из снов и мальчик из видений — это один и тот же человек или нет? И человек ли он?

— Я не играю ни в какую игру, тётушка, — очень тихо и мягко начинает Тонг. — Может, вы присядете, и я попытаюсь объяснить причину своей просьбы?

— Меня это не интересует, Кхун Тонг.

Раз вы пришли и договорились о встрече с Кхун Ноком, даже если это был всего лишь предлог, то дождитесь его прихода, а я, с вашего позволения...

— Я видел его! — выпаливает Тонг прежде, чем пытающаяся сбежать женщина действительно уйдёт. — Видел Кхема. Тогда в столовой.

Женщина хватается за грудь, сжимая тонкими пальцами ворот блузки, будто ей становится душно. Бледнеет теперь не только лицо, даже губы белеют и Тонг подскакивает, едва успевая подхватить женщину под локоть, прежде чем она осядет на пол.

— Присядьте пожалуйста, — просит он мягко, помогая женщине добраться до дивана, и лишь после того, как она сядет, предлагает воды, тот самый стакан, к которому он так и не притронулся. — Выпейте немного воды и успокойтесь, а потом поговорим, хорошо?

Тонг опускается рядом, оглядываясь на пустую сейчас столовую.

Сегодня призраки этого дома не разыгрывают для него спектакля.