Мистраж: Северный ветер

А если бы гостья Логова действительно решила принарядиться и пару часов потратила на макияж?..

Ладно, можно считать это служебными издержками. И лекарством от скуки.

На третьем этаже Снежану ждал Бардин, которого она из-за рыжеватых густых бачков прозвала Бакенбардиным.

– Добрый день, – чопорно склонился он. – Проходите по коридору, третья дверь справа. Там кабинет доктора Фенцеля.

«Доктора», – мысленно повторила Снежана. Под кожей пробежал неприятный холодок. Захотелось развернуться и бежать сломя голову. Но вряд ли ее отсюда так просто выпустят, да и выглядеть это будет жалко.

Остается хотя бы держать лицо. Снежана кивнула и двинулась в указанном направлении.

Доктор… какое пугающее слово, когда не знаешь свою болезнь!

У порога легкий холод превратился в настоящий озноб. Может, все-таки в другой раз? Хватит того, что сегодня она просто пришла. Завтра у нее получится сделать на шаг больше. Потом – на два шага… Почему нужно вечно кидаться в омут с головой?..

Но дверь была приоткрыта, и в проеме показался любопытный собачий нос.

– Зефир! – послышался голос хозяина. – Кого ты там унюхал? У нас гости?

Следом за снольвом выглянул доктор Стефан Фенцель.

– А, пани Снежана, вы сразу ко мне? Проходите.

Его кабинет, совсем непохожий на Зал Заседаний, был обит светлым деревом и оттого выглядел по-домашнему скромным, просторным, наполненным воздухом. На стенах висели полки с папками и книгами, у окна стоял письменный стол, рядом находились врачебное кресло и мягкая лежанка для пса. Ничего лишнего – никаких картин, статуэток или сервизов.

Похоже, пан Фенцель был неприхотливым человеком.

– Очень рад, что вы вернулись к нам после того собрания, – проговорил доктор, машинально прибирая разбросанные на столе бумаги. – Надеюсь, вас там не сильно напугали. Сам я не люблю подобные сборища. Чувствую себя школьником: все сидят с такими лицами, будто ждут, что ты предъявишь им свой д-дневник…

Снежана невольно улыбнулась. Она молча наблюдала за суетливыми движениями Стефана Фенцеля и заметила, что пуговицы на вороте его рубашки застегнуты вкривь.

Эта деталь – вместе с нелепой челкой, короткой бородкой и по-детски распахнутыми глазами – роднила доктора скорее с рассеянными учеными, чем с хладнокровными врачами. И хоть образ мог быть обманчивым, он постепенно растопил ледяные мурашки под кожей.

– Пани Снежана, позвольте представить: этого парня зовут Зефир. Вообще-то его назвали в честь западного ветра, что д-дует с побережья Атлантического океана.