Мистраж: Северный ветер

– А почему ты…

Наверное, она хотела спросить: «Почему не забрала Дануту?», но, увидев лицо дочери, решила не продолжать.

– Хорошо, что ты уже дома, – вместо этого сказала Тамара. – Не сильно они тебя там мучили?

«Ты даже не представляешь, мам.»

– Нет, – покачала головой Снежана.

– Узнали что-нибудь о том мальчике?

– Пока ничего.

– Проголодалась?

Снежана не ответила. Она задумчиво смотрела перед собой. На языке жгучими язвочками лопались слова; они пекли, зудели, их невозможно было сглотнуть. Значит, придется выплюнуть.

– Мам, кто я?

Тамара никак не ожидала такого вопроса. Она растерянно глянула по сторонам, словно где-нибудь на стене, на шкафу, на корешках книг может быть нацарапан нужный ответ.

– Э… в каком смысле?

– Я хочу знать, кто я есть, – с нажимом повторила Снежана. – Что со мной не так? Какой у меня диагноз?

– Доктора так и не сошлись во мнениях… – пробормотала Тамара, явно не желая заканчивать фразу.

– Биполярное расстройство? Аутизм? Шизофрения?..

– Ма-а-ма-а! – крикнула из кухни Дануська.

– Подожди минутку! – нервно отозвалась Тамара. – Снежа, ну что ты такое говоришь? Откуда вдруг эти мысли?

– Очень сложно, знаешь ли, в себе разобраться, когда не помнишь половину жизни. Сегодня меня спросили о работе в детском саду. А я сидела, как дура, и хлопала глазами!

– Что? При чем здесь это вообще? Какое они имели право…

– Не переводи разговор! – Снежана едва не сорвалась на крик, но взяла себя в руки и уже тише добавила: – Пожалуйста.

– Ма-а-а-ма-а-а! – надрывалась Данута. – Раз ты не идешь, я хочу смотреть мультики. Можно, я возьму планшет?

– Можно! – гаркнула Тамара и закрыла дверь в комнату.

Теперь они остались вдвоем: не мать и дочь, а будто два растерянных подростка, не знающих, что сказать друг другу. Немного помедлив, Тамара со вздохом опустилась на противоположный край дивана-кровати. Обычно женщины ее возраста в расстройстве моментально старели: у них углублялись морщинки, появлялись складки в уголках губ.

Хотя какой еще возраст? Снежана невольно сравнивала свою Тёму с более зрелыми матерями одноклассниц, но на самом деле Тамаре не было и сорока. В нынешние времена – вполне себе молодость. Многие ее ровесницы только выходят замуж, задумываются о детях… А у нее – уже две дочери, причем одна почти взрослая и черт знает какая.