Мистраж: Северный ветер

Ладони вспотели, от напряжения начали зудеть лодыжки, а сердце ухнуло вниз, когда раздался стук в дверь.

– Войдите! – властно пригласил судья.

В кабинет шагнула девушка. Виктор невольно отметил, что в ней нет никакого городского лоска: она выглядела почти так же, как и в Замковом лесу. Потертая кожаная куртка, джинсы, обувь из разряда любимой и удобной. Волосы стянуты в пучок, и темные пряди беспорядочно переплелись со светлыми.

– Располагайтесь. Меня зовут Лев Андреевич Шандор.

Снежана направилась к стулу и на миг замешкалась: на полу лежал прекрасный персидский ковер с мириадами тонких узоров.

Возле него тормозил каждый посетитель, даже тот, кто считал ковры безвкусным пережитком прошлого – наряду со столовым серебром и хрустальными вазами. Наверняка судья Шандор положил его с особым расчетом: ему нравилось, когда гости, приближаясь к нему, робели и замедляли шаг.

– Хотите чаю? Не отказывайтесь, ведь нам предстоит долгий разговор.

– Нет, спасибо, – ответила Снежана, присев на краешек стула; немного помолчав, она добавила: – О чем можно столько говорить? Я ведь повторяла много раз: не знаю того парня, не была с ним раньше знакома, ничего особенного он мне не сообщал.

И я понятия не имею, куда он делся.

– А, – Лев Андреевич откинулся на спинку кресла с видом, будто услышал что-то несущественное и даже скучное. – Что вы, я не собирался расспрашивать об этом. Лично меня Николай Люткевич мало интересует. Давайте лучше побеседуем о вас.

– Обо мне?

– Да, Снежана Ольгердовна… Могу я к вам так обращаться?

– Лучше без отчества.

– Ах, современная молодежь! Как скажете, пани Волчек. Так вот, хочу отметить, что для столь юного возраста у вас весьма занимательная… биография.

– У меня? – Снежана издала смешок, похожий на фырканье. – Вы что, шутите? Да такой унылой жизни, как у меня, еще поискать! Я не жалуюсь, сама виновата. Просто у девчонок моего возраста клубы, тусовки, поездки. У кого-то уже универ и стажировки. А у меня все скучно – ничего особо хорошего или плохого.

Откуда вообще взялась какая-то биография? Она вроде бывает у нарушителей, но я ничего не нарушала. Ну, пару раз без билета ездила, так меня ни разу и не ловили.

Судья Шандор взял со стола темно-синюю папку и открыл ее на первой странице.

– Значит, детство вы провели с бабушкой в деревне Ворóнье…

Снежана моргнула. Виктору хорошо было видно ее лицо: раньше она смотрела будто бы вполовину, сквозь внутреннюю завесу.